Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Захар Прилепин начал с Литинститута

Серию московских презентаций книги «Взвод» автор начал с неформальной встречи со своими будущими коллегами — по русской литературе, разумеется

Текст и фото: Татьяна Шипилова

Как к Прилепину и его книге про офицеров и ополченцев «золотого века» русской литературы ни относись, не заметить ее невозможно. Поэтому запланированный для встречи с ним маленький актовый зал «дома Герцена» не смог вместить всех желающих, — пришлось «переезжать» во флигель, где места побольше.

Впрочем, и там места не так много, пришлось приносить стулья. И… ждать. Прилепин сильно опаздывал.

— Кто у нас в институте только не был, но так долго мы ждали только одного человека, — шутит организатор встречи, Сергей Есин. — Ну, навскидку, кого?
— Путина, — раздается предположение.
— Путина! Мы его ждали два часа…

Сергей Николаевич Есин, бывший ректор Литературного института, а теперь — заведующий кафедрой литературного мастерства, в ожидании гостя рассказал, что решил устроить эту встречу, потому что в одном из нижегородских журналов, где оба писателя публикуются, увидел фрагмент из готовящейся книги: «Мне вдруг открылась совершенно неожиданная картина биографии Чаадаева. Не в тот момент, когда он дружил с Пушкиным, а в тот момент, когда он воевал. Там такое огромное количество неизвестного для меня материала, в первую очередь, материала, связанного с войной 1812 г., такие поразительные цитаты из мемуаров современников Чаадаева, так по-новому для меня открылась картина двенадцатого года, и я подумал, что будет интересно, если Захар Прилепин нам кое-чего расскажет сам…»

Оказалось, что писатель на встречу едет на машине из родного Нижнего Новгорода и просто застрял в пробке где-то в километре от дома 25 по Тверскому бульвару. (В котором, кстати, Чаадаев наверняка бывал.)
Наконец, со словами «Ого! Сколько вас!» Захар Прилепин зашел в аудиторию и был встречен ожидаемыми аплодисментами.

Поскольку гость широко известен своей общественной деятельностью, то немудрено, что сразу же был задан вопрос относительно того, различает ли он себя как общественного деятеля и как автора.
В ответ писатель пошутил, что это всё равно, если спросить, отличает ли он себя как отец и как водитель автомобиля. То есть отличает, конечно, но всё равно и автор Прилепин, и общественный деятель — человек один и тот же, просто в разных ситуациях перед этим человеком стоят разные задачи.

Далее писатель порассуждал на тему слухов и мнений, которые циркулируют вокруг его имени. Уверенно опроверг утверждение, что он агитирует молодежь в целом и молодых писателей в частности браться за оружие и лезть на баррикады. Его новая книга рассказывает о том, что помимо литературной и общественной деятельности писатели «золотого века» русской литературы являлись в большинстве своем блестящими офицерами: Чаадаев, Рылеев, Давыдов, Баратынский, а Лермонтов так и вовсе — если и не был счастлив, то, по меньшей мере, получал удовольствие от своей военной службы.

Прилепин объяснил своё стремление написать именно о военной стороне жизни русских писателей тем, что в большинстве случаев все остальные поля их деятельности уже рассмотрены и описаны в сотнях и тысячах книг, а вот их военная служба освещается в малом количестве и не настолько полно, насколько позволяет история и имеющиеся сведения, часть из которых ему самому пришлось доставать из архивов, биографий и собственно произведений. К примеру, Прилепин ссылается на ранние стихи Пушкина 1814 г. и стихи последнего периода его творчества, 1836 г., в которых явственно (по мнению Захара Прилепина) ощущается сожаление поэта по поводу того, что у него не сложилась военная карьера.

Также писатель рассуждал на тему того, что обязательная военная служба была отменена ещё при Екатерине II (на самом деле при Петре III. — Ред.), а потому дворяне могли бы и не служить, но тем не менее практически все поэты пушкинской поры и позднее писатели надевали военные мундиры, потому что считали это своим долгом. И отрицать это бессмысленно. По словам Прилепина, большинство литературоведов позиционируют русскую литературу как литературу гуманизма, выступающую против войны: «Безусловно, это так, и это правильно. Но это не умаляет того факта, что многие большие писатели несколько лет своей жизни отдали армии».

На несколько провокационную просьбу прокомментировать его ранее прозвучавшие слова о том, что начавшиеся в 2014 г. в Украине события напоминают события Первой мировой войны, писатель ответил, что действительно, в начале XX века социальная и политическая структура была архисложной — и в 2014 году история повторилась. Но дальнейшие события начали развиваться по другому сценарию, что, соответственно, рано или поздно приведет к какому-либо результату, на который и ему самому интересно было бы взглянуть.
Поскольку Прилепин является еще и ярким публицистом, то эта сторона его творчества также интересовала студентов — многие из которых сами учатся в семинаре «критика и публицистика». Прилепину напомнили слова Довлатова: «Когда я творю для газеты, у меня изменяется почерк» — и спросили: а меняется ли у него почерк, когда пишутся публицистические тексты и когда создается художественная литература?

«Меняется, — признался Прилепин. — Становится более острым, более ироничным и даже саркастичным». И посетовал, что публицисты прошлых веков не боялись быть многословными и высокопарными, не стеснялись писать оды и говорить возвышенно, чего нет в современной публицистике, которая в основном базируется лишь на насмешке и остроумии.

Писатель говорил о полярных мнениях на его произведения: кто-то, читая роман «Патологии», считает его антивоенным, призывающим сложить оружие, а кто-то, наоборот, считает пропагандой боевых действий. То же касается и романов «Санькя» и «Обитель».

Также интересовались, как продвигается экранизация последнего. «Никак, — сообщил автор. — Сценарий Александром Велединским написан, и сейчас он ищет деньги. А денег нужно много…»

Ну и в конце всеобщее оживление вызвал вопрос, совершенно отвлеченный и от политики, и от литературы. Один из студентов спросил, где можно за рубежом русскому человеку… вкусно поесть? Вызван этот неожиданный вопрос был цитатой из самого Захара Прилепина о том, что, бывая за границей в ресторанах, он ни в чем себе не отказывает.
Писатель с серьезным видом ответил: «В центре Гаваны отличный ресторан. На Кубе если будете, передавайте от меня привет. Еще неподалеку от Эйфелевой башни мы с женой и тремя детьми бродили, так устали и зашли в какую-то темную дверь, и вдруг оказалось, что это место, где обедают местные французские бизнесмены, которые ненавидят туристов. Я не знаю, где он находится, но это лучший ресторан во Франции, в котором я когда-либо был. Побродите около Эйфелевой башни и поищите темную дверь, зайдите, и где вас никто не любят, вот там вас накормят».
На этой гастрономической точке Захар Прилепин еще раз извинился за опоздание, подписал книги всем желающим и поспешил на другой конец Тверского бульвара — на пресс-конференцию.

В "Доме Герцена" за 200 лет перебывало много писателей.

В «Доме Герцена» за 200 лет перебывало много писателей

22.02.2017

Просмотры: 0

Другие материалы раздела ‹Публикации›:

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ