САЙТ ГОДЛИТЕРАТУРЫ.РФ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО ПЕЧАТИ И МАССОВЫМ КОММУНИКАЦИЯМ.

Король белорусской прозы. Многоликий мир Владимира Короткевича

К 90-летию со дня рождения классика белорусской литературы

Владимир Семёнович Короткевич / nlb.by
Владимир Семёнович Короткевич / nlb.by

Текст: Юрий Борисенок

Классик белорусской литературы Владимир Короткевич, 90-летие со дня рождения которого отмечалось 26 ноября, прошел очень непростой путь к известности у широкой аудитории. Только в самом конце 1970-х годов неповторимая творческая манера писателя, его оригинальное прочтение многовековой истории родного края обрели немало заинтересованных почитателей, в том числе и за пределами Беларуси. Переломным стал выход на советские экраны двухсерийной остросюжетной ленты "Дикая охота короля Стаха", снятой по мотивам повести Короткевича. Фильм студии "Беларусьфильм" посмотрели 11,3 миллиона посетителей кинотеатров, картину отметили на нескольких международных фестивалях.

А ведь у Владимира Семеновича были все основания искренне понравиться всесоюзному зрителю десятью с лишним годами раньше. В 1960-1962 годах Короткевич успешно окончил только что учрежденные в Москве Высшие сценарные курсы, после чего все сценарии к фильмам по своим произведениям писал сам. Однако первый опыт работы в полнометражном игровом кинематографе оказался разочаровывающим. Снятый в 1967 году фильм по роману "Христос приземлился в Гродно" получил название "Житие и вознесение Юрася Братчика" и был на два десятилетия уложен на полку.

Только в 1989-м, через пять лет после смерти Короткевича, картину выпустили в прокат в режиссерской версии, и в отличие от других "полочных" произведений было совсем непросто понять, за что ее приговорила привередливая цензура. Кино, снятое на дефицитную в ту пору цветную пленку, получилось добротным и динамичным, его делала команда больших профессионалов. Режиссер Владимир Бычков через несколько лет снимет "Достояние республики", а оператор Анатолий Заболоцкий - "Калину красную" у Василия Шукшина. Ярким был и актерский ансамбль во главе с молодым Львом Дуровым в роли авантюрного лицедея Братчика, назначенного волею судьбы играть якобы сошедшего на гродненскую землю Христа. Фильм тем не менее оказался на полке и в долгом забвении, но литературный первоисточник трогать не стали, и книга Короткевича и до, и после съемок неоднократно переиздавалась и по-белорусски, и по-русски. Владимир Семенович в этом романе проявил себя в полном соответствии с отзывом своего старшего коллеги по перу Янки Брыля как "человек неисчерпаемо светлого настроения, который умеет смеяться как дитя, всей душой любит родных людей, родную землю".

А вот леденящее душу читателя и зрителя повествование о дикой охоте короля Стаха на первый взгляд могло вызвать у недремлющей цензуры куда больше вопросов, чем полочный фильм. Первый вариант повести юный Короткевич создал еще в 1950 году, закончил текст в 1958-м, будучи учителем средней школы № 8 в родной Орше, журнальная публикация состоялась в конце 1964 года в минском журнале "Маладосць". К началу съемок фильма о короле Стахе отдельное издание повести о нем имелось только на чешском языке. Русский же перевод Валентины Щедриной появился в журнале "Неман" с июня по сентябрь 1979-го, когда стало понятно, что картину в прокат выпустят. За экземплярами журнала в библиотеках выстраивались очереди, а вскоре те читатели, которым удалось прочитать повесть до просмотра фильма по ней, с удивлением убедились, что в книге Короткевича и в кино с ним же в титрах в качестве автора сценария рассказаны две равно занимательные, но весьма разные истории с теми же героями.

Понятно, что в картину режиссера Валерия Рубинчика, пусть даже и в двухсерийную, сложно было вместить все богатство ассоциаций литературного первоисточника о дикой охоте. Такую вот фразу главного героя, этнографа Андрея Белорецкого, например: "Звуки плохо долетали до меня, потому что в зале уже дудел оркестр из восьми заслуженных инвалидов Полтавской битвы". Но различия были куда серьезнее - события повести в фильме были затейливо переставлены местами, и даже Белорецкий стал совсем другим. В книге это был решительный молодой мужчина, способный побить станового пристава и схватить за шиворот продажного уездного судью - герой, в роли которого органично смотрелся бы Николай Еременко-младший с манерами персонажа из вышедших тогда же в прокат "Пиратов ХХ века". Белорецкий же из фильма, блистательно сыгранный Борисом Плотниковым, оказался классическим интеллигентом, вынужденным восстать против ужасов дикой охоты и организовать для сопротивления ей местных крестьян.

Главное же, что с киноверсией случилось страшное, - картина Рубинчика и Короткевича стала в итоге едва ли не первым советским фильмом ужасов. Ужасы в кино, конечно, встречались и ранее, но преимущественно в фильмах-сказках для детей. Всесоюзная премьера "Дикой охоты короля Стаха" пришлась на весну 1980-го, а 29 мая того же года скончался классик жанра Альфред Хичкок. Получилось, что Хичкок умер, а дело его живет, и не где-нибудь, а на киностудии "Беларусьфильм". Судя по всему, обычно сверхбдительная цензура поддалась пугающему обаянию повествования о вымирании шляхты белорусских земель, способной в своих предсмертных конвульсиях устроить и наводящую бессильный страх на всю округу ночную дикую охоту на лошадях старинной породы.

Цензура на сей раз не промахнулась - зритель картину в большинстве своем принял благосклонно, что позволило вскоре запустить в производство еще один фильм по произведению Короткевича и по его сценарию - "Черный замок Ольшанский", снятый Михаилом Пташуком.

При всех понятных недостатках киноверсий книг писателя массовый зритель погружался в причудливо выстроенный Короткевичем мир большой истории белорусов. Белорусского классика давно уже привыкли сравнивать с историческими романистами других народов, начиная с великого шотландца Вальтера Скотта. Параллели эти более чем условны - Короткевич был свой собственный и единственный, именно в этом его неповторимое место в литературной вечности.

Источник: rg.ru