Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.
Фрагмент первой книги об «отце» российской анимации Владиславе Старевиче, выходящей на русском

«Дрессировщик жуков. Владислав Старевич создает анимацию»

Фрагмент первой русскоязычной книги об отце российской анимации Владиславе Старевиче

Текст: ГодЛитературы.РФ
Фрагмент книги и иллюстрации предоставлены Станиславом Дединским

На сайте Планета.ру подходит к концу краудфандинговая кампания первой на русском языке книги о кинорежиссере Владиславе Старевиче (1882—1965). Фигура Старевича занимает особое место в истории российского кино: долгое время его называли и продолжают называть отцом отечественной анимации, а также одним из главных мастеров комбинированных съемок 1910-х годов, чуть ли не единственным в нашей стране разработчиком и создателем спецэффектов. Несмотря на то, что с момента дебюта Старевича в кино (1911 г.) прошло уже более 100 лет, его первые, кукольные анимационные фильмы с «участием» насекомых ничуть не утратили своей привлекательности: «Месть кинематографического оператора», «Прекрасная Люканида», «Стрекоза и муравей» и другие ленты режиссера поразили зрителей предреволюционной России, Европы и Америки и продолжают удивлять своей изобретательностью и оригинальностью даже в эпоху цифровых технологий.

С разрешения издателя и редактора-составителя книги Станислава Дединского мы публикуем отрывок из нее — выдержку из вошедшей в сборник статьи польского биографа режиссера Владислава Евсевицкого «Кукольные фильмы Владислава Старевича и его эксперименты с рисованным кино». Добавим, что выход книги запланирован на сентябрь 2020 года.

«Дрессировщик жуков. Владислав Старевич создает анимацию» — М.: 1895.io, 2020

Фрагмент первой книги об «отце» российской анимации Владиславе Старевиче, выходящей на русском

Удачный эксперимент с кукольным анимационным кино в июне 1910 года навел Старевича на мысль сделать фильм с жуками, ведущими себя, как люди. В результате появился кукольный фильм «Прекрасная Люканида, или Кровавая война рогачей и усачей» – фантазия на тему Елены Прекрасной.

«Того же самого жука-оленя [из экспериментального фильма. – Прим. авт.], – пишет Старевич, – я одел в мушкетерские сапоги и дал ему палаш (вид совершенно рыцарский); прекрасная Люканида, супруга Цервуса-рогача, выглядела скромнее. Церамбикс получил роль героя-любовника из-за своих огромных усов. Декорации – что-то из Средневековья». <…>

После первого же показа, состоявшегося в январе 1912 года, корреспондент журнала «Вестник кинематографии» писал:

«На недавнем показе новых фильмов фирмы «Ханжонков и Ко.» обратила на себя всеобщее внимание и привела в восторг коротенькая лента из жизни насекомых (жуков-рогачей и усачей) под названием “Люканида”. Вся эта “потрясающая” драма с любовью, кровавой войной и даже поэзией сыграна жуками. Фильм так необычен, так нов и оригинален по идее, что ошеломляет даже специалистов в кинематографических вопросах. Можно сулить картине безумный успех».

Затем Ханжонков организовал в московском кинотеатре «Художественный» премьеру «Прекрасной Люканиды» (26 марта 1912 года). Фильм покорил зрителей, вызвал восхищение в артистических кругах и у кинопродюсеров. Из зала вызывали автора: «…восклицания… браво-бис… автора… а кто из них автор? – Вот этот… – показывает на меня Чардынин. – В сером и в каскетке. – Неужели?.. – удивляется Васильева, равнодушно складывая губки трубочкой», – вспоминал Старевич.

Эта первая картина, сделанная методом объемной мультипликации, еще не знакомым ни в России, ни за границей, произвела сенсацию в Москве не только среди кинематографистов, но и среди широкой общественности. О “Люканиде” стали говорить восторженно. Кто автор? Откуда появился? Знакомых среди кинематографистов у него не было, его никто не знал. Судя по картине, это был талантливый и оригинальный мастер. Мы все ходили очарованные и заинтригованные.

Действительно, по экрану путешествовали настоящие, словно живые, объемные жуки, они играли свои “роли”. О Старевиче говорили как о новом кинематографическом чуде…» – вспоминал Борис Михин.
 


 
После этого успеха Старевич получил работу на кинофабрике «А. Ханжонков и Ко.» с окладом 300 рублей в месяц (столько же, сколько режиссер игрового кино) плюс квартира при фабрике с временной студией для съемок кукольных фильмов и обещание выстроить специальное ателье по его проекту.

Фильм закупила лондонская кинофирма «Brokliss», чтобы показывать его в британских кинотеатрах. Позднее лондонская пресса писала, по воспоминаниям Старевича, что профессор Лошкин, русский энтомолог, сделал картину при помощи дрессированных жуков, которые играют, как люди (Лошкин – это, по-видимому, вымышленный персонаж, мне не удалось установить, существовал ли в действительности такой энтомолог).

Таким образом, «Прекрасная Люканида» стала первым российским фильмом, проданным за границу, и с огромным успехом шла на отечественных экранах. Рецензии на эту ленту можно встретить в русских журналах даже в 1916 году. Ее демонстрировали и в Советском Союзе в двадцатые, вплоть до 1926 года, под названием «Куртизанка на троне».

Очарование первого кукольного фильма Старевича было настолько сильно, что автор исследования «Кино в России. 1896-1913» Б. Лихачев, изучив материалы, писал в 1927 году, что фильм «был принят всерьез, рекламировался как “чудо дрессировки” и вызывал неистовые восторги зрителей».

Фрагмент первой русскоязычной книги об «отце» российской анимации Владиславе Старевиче«Его жуки в фильме “Прекрасная Люканида, или Война рогачей и усачей” были так похожи на настоящих, что большинство зрителей были уверены в том, что в картине действуют живые жуки. Тем более что владелец кинофабрики Ханжонков да и сам Старевич свою работу над фильмом окружили тайной. В павильон, где проводились съемки, посторонние не допускались, и, таким образом, никто не имел представления о том, как же этот фильм снимался. Можно легко себе представить, как он поражал зрителей. С одной стороны, их забавляло, что героями картины были не люди, а жуки, с другой стороны, изумляло, как эти жуки были выдрессированы. Медведи и слоны, выступавшие в цирках, были не в диковинку, но дрессированные жуки были новым и непостижимым зрелищем», – объяснял советский режиссер кукольного кино Анатолий Каранович.

Николай Лебедев в своей книге пишет: «В 1912 году режиссер, оператор и художник <…> В. Старевич снял по собственному сценарию короткометражный фильм «Прекрасная Люканида, или Война усачей и рогачей», в котором действующими лицами были художественно выполненные фигурки жуков. Снятые по принципу мультипликации, движения этих фигурок казались на экране столь естественными, что зритель принимал жуков за настоящих. Это был первый опыт объемно-мультипликационной съемки не только в России, но и в практике мировой кинематографии».

Фильмом восхищался и французский оператор Луи Форестье, работавший в России: «Первая объемно-мультипликационная картина Старевича «Прекрасная Люканида, или Война рогачей и усачей» – образец исключительной талантливости и невероятного терпения Старевича – произвела сенсацию. Созданный в условиях самой примитивной техники мультфильм «Прекрасная Люканида» был действительно чудом. Какой адский труд пришлось проделать Старевичу для съемки картины длиной в 230 метров! Он смастерил изумительных маленьких жучков и снимал их кадр за кадром, непрерывно меняя движения своих миниатюрных “актеров”».

<…>

Фрагмент первой русскоязычной книги об «отце» российской анимации Владиславе СтаревичеОписывая творческий путь Владислава Старевича в российской кинематографии, Борис Михин убежденно заявлял: «Объемная мультипликация делала его «всемогущим чудотворцем», давала ему возможность одушевлять неодушевленные предметы. Не только дети, но и взрослые задавали себе и окружающим вопрос о персонажах Старевича: «Мы знаем, что они живые, но как же он их всех дрессирует?»

Да, он их действительно по-своему дрессировал. Но как?

Вспоминается любопытный случай, который произошел <…>, когда мы со Старевичем совместно работали у Ханжонкова. Было это примерно в 1912-1913 годах, когда картины Старевича уже пользовались исключительным успехом. В один из рабочих дней мы находились в малом павильоне ателье на Житной и обсуждали декорации. <…> В этот момент вошел служащий ателье и за ним крикливо одетый человек типа коммивояжера. Он отрекомендовался сотрудником газеты “Московский листок” и попросил Старевича ответить на интересующие редакцию вопросы. Старевич согласился.

– Нам известно, что такие животные и насекомые плохо поддаются дрессировке. Нас интересует, каким методом вы их дрессируете. Дуровским?  Как вы их кормите и когда? До съемки или после и чем именно?

Я чуть не засмеялся и тем едва не сорвал это любопытное интервью. Старевич стоял с невозмутимым видом, насмешливо улыбался и, подмигнув мне с видом: “Смотри не выдавай!” – сказал:

– Что? Вы хотите, чтобы я открыл вам секрет моей дрессировки? Никогда! Слышите – никогда!.. – И, круто повернувшись ко мне, стал продолжать прерванный разговор о декорации.

Молодой человек растерялся, стал сконфуженно прятать в карман свой блокнот. Бедный наивный молодой человек!

Широкие круги публики далеко не сразу поняли, каким образом талантливый художник повелевает своими удивительными зверьками и насекомыми. И не только у нас. Английские газеты, например, писали, что в картинах Старевича действуют живые насекомые, умело дрессированные».

16.07.2020

Просмотры: 0

Другие материалы проекта ‹Читалка›:

Подписка на новости в Все города Подписаться

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ