Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.
Юрий Шипков

«Нынешний ребенок будет жить и созидать в будущем»

Создатель издательства «Карьера-пресс» Юрий Шипков — о состоянии отечественной детской литературы и собственном «третьем пути»

Интервью и фото: Екатерина Зайцева
Обложки с сайта careerpress.ru

Очаровательные книжки о синьоре Капельке, путешествующем по небу, о крошке Ламе и крылатых кошках — визитные карточки издательства «Карьера-пресс», выпускающего переводную детскую литературу. По словам создателя издательства Юрия Шипкова, его детские книжки учат ребенка взрослой жизни. Так, в предисловии к серии «Орден Феи Драже» читаем: «Это книги об отношениях, умении выходить из конфликтных ситуаций и идти к своей цели». Издатель рассказал «Году Литературы», почему он взялся за выпуск детских книг и чего не хватает отечественному книжному рынку.

Вы издаете книги нескольких направлений: и детскую литературу, и книги о том, как вести бизнес, и нон-фикшн… Отчего такая разноплановость и какое направление для вас главное?

Юрий Шипков: Я издаю то, что мне нравится, — отсюда такое разнообразие. Главное направление, пожалуй, детская литература, она меня больше интересует, чем книги про бизнес.

Как давно к вам пришла идея создать свое издательство?

ламаЮрий Шипков: Я в издательском бизнесе очень давно, с 1992 года. Занимался изданием профессиональных психологических тестов, присоединившись к одной британской компании в качестве представителя России. При переводе на русский язык этих тестов и руководств для университетских курсов по психодиагностике мы нередко создавали новые термины в русском языке. Потом потребовалось издать ключевые труды в этой области — классические научные исследования в области психологии измерения интеллектуальных способностей. И мы с коллегами решили — раз уж ввязались в это дело, надо издать что-то и для души. Стали выпускать бизнес-литературу, которая была близка к нашей сфере, — тесты мы переводили для корпораций, и бизнес-литература органично дополнила наш «багаж».

Потом встал вопрос: а что дальше? Строить свою деятельность вокруг собственных интересов? Деятельность издательства постепенно расширялась, мы стали издавать литературу по нейронаукам. Потом в поле зрения случайно книжка известного астронома Майкла Брауна, который написал полудетективную историю об открытой им планете Эрида. Мы ее издали. Это был важный шаг. Смысл его в том, чтобы важные научные открытия из первых рук попадали в круг чтения отечественных ученых. И история консалтинга в качестве основного фокуса нашей деятельности была закончена. Это произошло через год после регистрации «Карьеры-пресс» — и забавным образом выяснилось, что книжек как раз-таки по карьере не будет — во всяком случае, как основного направления работы издательства. Но будут исторические и научные и, как ни странно, детская литература.

Почему выбор пал именно на детскую литературу?

СкарриЮрий Шипков: Практически у всех наших сотрудников были дети, и так как люди большую часть времени проводили за рубежом, то и читали детям литературу другой страны. Мы постепенно поняли: то, что считается классикой в Англии или США, и то, что представляется классикой английской у нас, — две большие разницы.
Взросление детей наших коллег пришлось на 90-е и 2000-е годы, и литература, которая была тогда популярна за рубежом, у нас была неизвестна. Это был гигантский неизведанный пласт. У нас сложилось представление со времен Чуковского и Маршака, что классика англо-американской литературы — это «Винни-Пух», «Алиса в Стране чудес». Их, конечно, нельзя отрицать, но к этим книгам добавилось еще большое количество других, без которых невозможно представить жизнь западных детей. Их оказалось настолько много, что нам пришлось еще раз сесть за парту и посвятить пару лет изучению развития детской литературы.

Конечно, в авангарде стояла литература на английском, хотя мы могли позволить себе издавать книги практически на любом языке. Хотя стоит признать, что шел перекос и в сторону Америки, там задавались и задаются основные тренды. Это как в Италии в эпоху Возрождения, куда приезжали со всей Европы, чтобы учиться у гениальных художников. Сейчас такой Меккой являются Штаты, преимущественно Нью-Йорк и Калифорния. Ведь гениальные художники появились тогда, когда появился запрос общества, свобода мысли, развитые вкусы и большие деньги. Это важные ингредиенты, без которых не было бы гениальных художников Возрождения. В Штатах создана та же атмосфера.

Мы начали копать с 20-х годов прошлого века, чтобы понять ход развития детской литературы. Взвесив все, мы поняли, что готовы переводить, но не работать с отечественными авторами. Для нас технологии издательского бизнеса в России были немного устаревшими, они нам не подходили, а мы уже к тому моменту занимались издательской деятельностью больше 20 лет. Мы опирались на двух китов: мегаклассику, хотя и малоизвестную, и современные тренды. Приобрели права на ключевых детских авторов, например, Ричарда Скарри, чтобы посмотреть, как на него отреагируют дети и их родители. И знаете что?

Дети хотят читать ровно то, что читают их сверстники. Потому что это один мир идей, не только в книжном мире, но и в кино,

— ведь авторы книг становятся авторами сценариев, сценаристы становятся авторами, мультипликаторы начинают писать книги и т. д.

Как идет процесс выбора книги для издания?

Юрий Шипков: Существуют традиции литературной критики, и есть источники, где можно прочитать о важнейших и популярных авторах. Это Американская библиотечная ассоциация, журнал Publishers Weekly, портал Goodreads, комитеты различных премий, например, медаль Джона Ньюбери и Калдекотта. В Англии это газета Gardian, журнал Bookseller. Мы прочитываем все, что выходит, плюс есть замечательные работы мировых признанных критиков детской литературы. Публикуются постоянные отчеты о продажах, в том числе с 30-х годов, вся информация в руках. Поэтому в известной степени мы опираемся на работу, которая проделана не нами, в отличие от других российских издательств, работающих с новыми авторами, и это облегчает задачу.

К сожалению,

состояние современной детской литературы таково, что авангард литературного процесса не у нас.

Но мы бы хотели, чтобы он пошел, и мечта наша заключается в том, чтобы издать некую критическую массу современной разноплановой литературы, которая бы повлияла на русскоязычных авторов, чтобы они впитали основные тенденции развития мировой детской литературы. Если бы ее публиковали большим тиражом, как Толстого, Чехова, Тургенева, это был бы успех. Мы стоим на плечах великой русской литературы, и создается впечатление, что вроде бы все о’кей, но где же оно о’кей?

Вы говорите про современных детских авторов или оцениваете отечественную детскую литературу в целом?

Юрий Шипков: Конечно, про современных. В 30-е годы наши детские авторы, особенно иллюстраторы, заложили основу современной детской литературы. Преимущественно это были эмигранты. Беда в том, что она совсем не развивается.

Чего же ей недостает?

СамозвериЮрий Шипков: Книжному детскому рынку не хватает экспертизы, соотносимой с уровнем экспертизы на английском языке. В современные времена она рассосалась, люди, которые глубоко разбираются в этой области, остались, но исчезли из поля зрения, на них перестали ориентироваться. У нас неадекватные тиражи литературы в стране. Когда читаешь и слушаешь коллег по цеху, создается впечатление, что они смирились с этим. На самом деле с рынком детской литературы это не связано, он оказался недоразвитым во время смены вех. В 80-е годы тиражи книг достигли фантастических размеров — от 30 до 100 тысяч экземпляров, которые спокойно расходились. В первой половине 90-х годов книги могли быть напечатаны в таком же тираже с расчетом дойти до читателя. И потом вдруг все исчезает. Тираж в 3—5 тысяч становится нормальным. О чем это говорит? Потребитель-то никуда не делся, взрослые не перестали любить детей и покупать им книжки, что-то произошло с механизмом рынка. Издатели оказались не готовы к этому рынку, не готовы выйти на сцену.

Я могу сказать, что стартовый тираж наших книг должен быть 50 тысяч экземпляров и разойтись в течение года.

Этого нет, но это должно быть.

Новое время потребовало новой литературы, но она не пришла. Когда происходили глубинные социальные изменения, должны были произойти перемены и в печатной продукции. В мире издается куда больше книг, чем во времена Достоевского и Шекспира, а у нас человек оказался в том положении, когда информационный поток никак не скоординирован с его внутренним настроением. Это касается любой литературы, и детской в том числе — читатель не нашел то, что ему нужно.

А что определяет, на ваш взгляд, хорошую детскую книгу?

Юрий Шипков: Нынешний ребенок, который читает книги, будет работать и созидать в будущем. То есть он будет жить не в прошлом, а в будущем. Помочь ребенку войти в это будущее, заинтересовать его проблемами и возможностями – задача детской книги. Это и есть главный критерий, который определяет хорошую детскую книгу.

Ваша команда соответствует заданным критериям «эффективности», чтобы определить, какая книга является хорошей?

Юрий Шипков: Вполне. Мы — это большая группа людей, которая раньше занималась, как я упоминал ранее, психологией личности. Среди моих коллег есть кандидат психологических наук, причем она писала диссертацию именно по детской психологии, работала в детском саду, и через нее мы связаны с этой культурой.

Насколько велик штат ваших сотрудников?

Юрий Шипков: Штат не превышает 10 человек, часть из них работает в Москве, часть во Франкфурте. Наш IT-отдел и отдел маркетинга находятся в Германии, некоторые сотрудники живут в других странах. Мы все время находимся в движении, благо компьютеры носим с собой, постоянно на связи.

Каков суммарный тираж ваших книг в месяц?

Юрий Шипков: До сегодняшнего дня мы жили в режиме хобби, но когда суммарный тираж достиг 250 тысяч экземпляров в год, то мы осознали, что построили бизнес, который можно развивать по закону жанра и печатать книг больше. В нашем портфеле есть книги, позволяющие нам выпускать по миллиону экземпляров в год, но мы выпускаем в четыре раза меньше, чем потенциально можем. То есть у нас такая смена стратегии идет. Плюс добавляем наших российских авторов, преимущественно иллюстраторов, которые вполне соответствуют мировым трендам.

Расскажите подробнее о ваших иностранных партнерах.

Юрий Шипков: Мы сотрудничаем со всеми главными детскими издательствами и с агентами. Среди наших партнеров и Penguin Random House, и HarperCollins, и Chronicle Books. Нельзя говорить о том, что у нас есть преимущество, все они открыты для сотрудничества, скорее мы с ними говорим на одном языке — на языке бизнеса. Мое бизнес-образование было получено в Англии, и в этом смысле со мной проще работать, мы понимаем друг друга с полуслова. Ведем переписку и с маленькими издательствами, если от них поступают предложения.

Как вы даете знать о себе читателям?

Юрий Шипков: Нам следует лучше рекламировать себя. Мы занимаемся немножко камерной деятельностью, и мы не особо придавали этому значения, так как прекрасно понимали, что авторы, которых мы выпускаем, станут любимыми в России, поскольку любимы во всем мире. Теперь мы думаем, что надо говорить об авторах больше — именно об авторах, поскольку у нас в российской традиции принято пиарить не издателя, а «бренд», имя автора. Потихоньку мы начинаем говорить об этом в инстаграме, фейсбуке.

Кого бы вы назвали своими конкурентами?

РожанковскийЮрий Шипков: С учетом тиражей и книг, издаваемых по-русски, я бы не сказал, что они вообще есть. Рынок литературы, которую выпускаем мы, практически пустой. Это огромная пустыня, по которой разбросаны редкие кустики издательств. Может показаться, что за этот клочок пустыни идет ожесточенная борьба из-за того, что климат стал пустынным. Это иллюзорное представление. Проблема выживания здесь не стоит. Те, у кого книгоиздание не является главным бизнесом, возможно, и доживут до того времени, когда на засушливую землю обрушится дождь — то есть книги наконец станут издаваться в нормальном количестве. Но чтобы что-то сдвинулось, одних книг мало. Нужна нормальная внутренняя литературная критика, это раз, и два — следование тенденциям мировой литературы, для этого нужно владеть хотя бы английским языком.

Пока никто из людей, обладающих большими капиталами, не воспринимает этот рынок как имеющий инвестиционный потенциал, те, кто занимается коллекционированием авторов, могут продолжить спокойно это занятие, потому что оно никому не интересно.

Почему неинтересно?

Юрий Шипков: Если за крупного мирового автора, бестселлеры которого издаются миллионными тиражами, не стоит очередь в агентство, которое представляет его интересы, как это происходит в Японии или Китае, где 7 или 8 компаний пытаются перекупить автора, то бояться нечего. В 90-х годах кто-то, возможно, пытался издавать крупных зарубежных авторов, но не сумел отбить деньги и бросил. Этому одно объяснение — наше представление о мировой литературе очень слабое. Можно с ходу назвать 50 авторов нон-фикшн, нуждающихся в том, чтобы их немедленно издали. Но никто не ломится в лавку продажи прав!

Понимаете, есть два типа издательств — одни занимаются этим в качестве хобби, другие издают книги профессионально. Те, кто занимается книгами в качестве основного бизнеса, иначе воспринимают жизнь, очень щепетильно выбирают книги, чтобы гарантированно заработать деньги. Вторые могут себе позволить издавать то, что нравится.

К какому типу в таком случае относится «Карьера-пресс»?

Юрий Шипков: Мы скорее третий тип — совмещаем хобби, теплую дружескую компанию и посторонних впускаем с неохотой, но сейчас уже перерастаем этот этап. Постепенно мы превращаемся в большую компанию, с большим портфелем книг и широкими издательскими планами. Какими — не скажу, увидите сами.
pic_2

Просмотры: 68
17.03.2017

Другие материалы проекта ‹Издательство›:

Подписка на новости в Все города Подписаться

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ