Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.
Фаренгейт. Утро не одинокого человека

Утро не одинокого человека

Публикуем работы, пришедшие на конкурс фантастического рассказа «Лето любви… по Фаренгейту»

Текст: Андрей Скорпио, Санкт-Петербург
Фото: pixabay.com

УТРО НЕ ОДИНОКОГО ЧЕЛОВЕКА
(Орфография и пунктуация авторские)

Утро встретило тяжело набрякшими облаками. Сонные капли нехотя ползли по стеклу, размывая вид на пустынную улицу. Снаружи стояла привычная тишина, нарушаемая лишь громкоговорителями, вещавшими о статистике четыре раза в день, да жужжанием дронов, пролетающих слишком низко, чтобы отметить сидящих на карантине.
Сколько прошло времени? Год? Два? Или все десять? Общество перестало существовать, людей разогнали по норам, превратив изоляцию в само понятие жизни.
конкурс-фантастического-рассказа-Лето-любви-по-фаренгейтуАртем давно к этому привык. Он еще помнил те времена, когда в людях теплилась надежда на вакцину. Надежда, что скоро все вернется на круги своя: откроются магазины, парки, клубы. Все снова начнут ходить на работу, привычно жалуясь на начальство и сплетничая о коллегах. Но вакцина не помогла, и чтобы хоть как-то остановить эпидемию правительство стало свозить людей в бараки «временного содержания» – комнатку пять на восемь метров с низким потолком, утыканную датчиками слежения и контроля за любыми контактами.
Артему повезло. Он остался не один.
— Доброе утро, — нежно шепотом сказал он, — хорошо спалось?
— Хорошо, — ответила Лида, широко улыбаясь.
Артем поцеловал ее и поднялся с кровати. Его ноги тут же покрылись мурашками – ночью снова открылась форточка и холодный воздух гулял по комнате. Артем накинул халат, взял поднос с тарелками и чашкой. Осторожно поставил на тумбочку рядом с кроватью.
— Я уже приготовил завтрак. Все, как ты любишь: бутерброд с двойным сыром, кофе и чуть-чуть поджаренного творога.
— Спасибо, — ответила Лида, продолжая улыбаться.
— Никогда не понимал, как ты ешь эту гадость. У тебя всегда были немного извращенные вкусы.
Артем усмехнулся. На миг его взгляд затуманился.
— Все считали тебя немного чокнутой и безбашенной.
— А ты?
— А я сразу тебя полюбил. Ты была словно не из этого мира, могла на спор пролезть в закрытый парк или забраться на крышу девятиэтажки. Могла все бросить и ночью пешком обойти полгорода. А еще могла обнадежить забитого и никому не нужного паренька, вечного ботаника. Могла подарить ему поцелуй просто проходя мимо, словно между делом.
— Помню.
— Знаешь, ты, можно сказать, мне жизнь спасла, — после недолгого раздумья сказал Артем, — я ведь собирался доказать ребятам, что не размазня. Хотел чего-то стоить в их глазах. Как же давно это было… и не тогда казалось глупостью.
— Давно, — согласилась Лида.
— Я иногда думаю над тем, что все происходит по чьей-то воле и если суждено чему-то произойти, то так и будет. Не поцелуй ты меня днем на перемене, я бы непременно решился и пошел вместе с Дениской в заброшенную больницу. И тогда утром нашли бы не только его, но и меня. Кто же знал, что там вместо призраков ночуют наркоманы.
Артем вздохнул и махнул рукой, словно отгонял ненужные воспоминания. В голове всплывали события прошлого: первая робкая прогулка, переписки по Вайберу, встречи между лекциями и целое море… нет океан любви, в котором Артем тонул последним предкарантинным летом. Тогда казалось, что нет никого и ничего, способного изменить их совместные планы на будущее. Они вместе собирались найти работу и снять квартиру. А после можно было подумать и о детях…
По ночам предаваясь мечтам, они словно оказывались под безоблачным небом. Оба обожали космос и могли, не отрываясь смотреть на мириады звезд, одновременно существуя вместе и порознь. Уносясь в бесконечные дали на другие планеты и в другие измерения. В такие минуты в воздухе пахло магией любви. Достигнув своего пика, она обволакивала обоих и влюбленные как по команде стискивали друг друга в объятиях и отдавались жаркой страсти. Целиком, без остатка растворяясь и превращаясь в единое целое. В нечто неподвластное законам земного мира.
Артем осторожно сжал Лидины пальцы и виновато на нее посмотрел.
— Извини меня за вчерашнее. Я… я, наверное, был слишком груб прошлой ночью. На какое-то время почувствовал себя как тогда, в наше свободное лето. Почувствовал огонь внутри. Я хотел тебя так сильно, как никогда за последнее время.
Артем резко поднялся и подошел к окну. Лида молчала. Она смотрела на любимого и улыбалась, будто простила и за силу, граничащую с насилием и за крики, за истерики, становившиеся все чаще и чаще. Она простила его за все, потому что не могла иначе. А Артем старательно сдерживал слезы, сжимая кулаки до такой степени, что ногти до крови впивались в кожу. Старался правильно дышать, отстраниться от всего. Уйти от реальности, перемоловшей все планы и надежды. От жалкой пустынной улицы, от серого рыдающего неба и кружащих, словно птицы, дронов.
Он вспоминал Лидин смех. Как же давно тот перестал звучать. Новые реалии словно вымыли его, опустошили ее душу. Теперь она только улыбалась, отвечая односложно, будто нехотя. Она еще любила его. Любила даже когда он потерял работу, даже когда сломался, сидя дома в четырех стенах. Даже когда заболел и чуть не сошел с ума от страха. Даже, когда он разбил ее любимое зеркало в припадке гнева. Ударился головой, словно не хотел смотреть на себя, оставив с десяток уродливых шрамов.
Каждый раз прикасаясь к ним, Артем вспоминал дни беспомощности и злости на себя. Гипертрофированный страх потери преобразил череду неудач в катастрофу вселенского масштаба. Но даже тогда она любила его. Любила и прощала. Уходила утром и возвращалась вечером. Терпела пьяные вопросы и недоверие. Надеялась. Верила в него.
А потом все резко изменилось.
— Извини меня, — Артем обернулся и сел на кровать, — мир в последнее время катится черт знает куда. Когда-то мы мечтали изменить его, но это он изменил нас. Однако ты со мной и значит все будет хорошо, правда?
— Правда, — Лида улыбнулась, кажется, шире прежнего.
— Люблю тебя.
Артем нагнулся и приобнял Лиду за плечи. Целовал долго, как на прощание, впивался губами словно хотел поглотить целиком. Потом аккуратно уложил Лиду на подушки и большим пальцем ткнул в шею, чуть ниже подбородка. Лида продолжала улыбаться, но ее яркие голубые глаза потухли и закрылись.
Артем укрыл Лиду одеялом, взял поднос и поставил обратно на стол. Достал сигареты и сел возле окна. Артем старался заглушить в себе сиюминутные эмоции. Сосредоточился на болезненной тоске, ежом ощетинившейся где-то в груди. Она нужна была ему, необходима как воздух. Она не давала ему забыть прошлое. Забыть свою вину перед Лидой. За то, что в порыве бесконечных поисков работы, когда еще выходил на улицу, подхватил гуляющую заразу. Принес домой и сам того не ведая передал любимой.
Он выжил – она нет. Вот и вся правда жизни. Лиду выписали домой через несколько дней после реанимации. Оправдались тем, что все тесты на вирус оказались отрицательными. Уже позже до Артема дошло, что осложнения после болезни могли быть слишком тяжелыми. Наверняка врачи знали об этом и дали возможность попрощаться. Побыть три дня в родных стенах. Артем видел, как Лида умирает, как задыхается у него на руках и ничего не мог поделать. Скорая приехала слишком поздно и от любимой остался только запах духов, улыбка и последний завтрак, который Артем принес в постель.
Спустя всего пару лет его и многих других перевезли в бараки, заперли в четырех стенах, оправдываясь мерами по сдерживанию эпидемии. И уже потом, когда многие сходили с ума от одиночества, скорби и ужасов нового мира кому-то пришла в голову мысль переделать резиновых кукол для утех в копии родных со встроенным голосом Сири. Идею встретили в штыки, но прошел год, за ним второй, третий, пятый… и люди стали сговорчивее. Искусственный близкий человек, порой лучше, чем ничего. С ним можно поговорить, с ним можно провести ночь, а если перестроить свое сознание, то легко можно поверить, что твоя жена или подруга не умерла, а просто стала мало говорить и перестала спорить.
Артем тоже верил. Всей душой верил, когда каждый день подавал поднос с пустыми тарелками, когда говорил с Лидой, даже когда занимался с ней любовью. Верил и на короткий миг реальность преображалась. Тарелки наполнялись едой, в чашке дымился кофе, а Лида, полусидя улыбалась ему, распространяя по комнате чудесный аромат духов.
Внизу под окнами показался черный автомобиль. Бригада врачей в защитных костюмах вынесла закрытое простыней тело. Еще один несчастный не выдержал двадцатилетней изоляции. Не впечатлился лозунгами: «мы победили болезнь, да здравствует хоть такая, но жизнь!». В последнее время из барака вывезли уже не меньше десятка таких же замученных душ. Артем не хотел думать о том, что будет когда его «временный» дом окончательно опустеет. Он все равно не знал соседей, да и ему было на них плевать. Каждый в этом мире сходил с ума по-своему, а кто не мог, то всегда оставался выбор. Артем пока был не готов к нему, поэтому продолжал жить и убеждать себя каждый вечер, что не одинок, что стоит залезть в кровать и включить кнопку, как его обожаемая Лида вернется.
А потом границы комнаты рухнут, и они с Лидой перенесутся под безоблачное небо, украшенное мириадами звезд, снова будут мечтать о бесконечности и слушать дыхание друг друга.
Сигарета догорела, но Артем все еще продолжал держать ее в руках. Он смотрел куда-то вдаль и едва заметно улыбался.
Черная машина уехала, вновь опустилась тишина. Только ленивые капли падали с набрякших облаков, да с легким жужжанием пролетали дроны, безучастно наблюдая за запертыми в каменные клетки людьми….

P.S. Напоминаем, что участникам конкурса необходимо заполнить форму с личными данными, которую можно найти здесь.
Публикация рассказа на сайте не означает, что он вошел в шорт-лист.

30.07.2020

Просмотры: 0

Другие материалы проекта ‹Конкурс "Лето любви… по Фаренгейту"›:

Подписка на новости в Все города Подписаться

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ