Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.
Максим Горький юбилей

Горький и душа народа

Неотвратимо приближается 150-летний юбилей Максима Горького, не самого любимого интеллигенцией русского и советского классика. Тем удивительнее, что подготовка к юбилею проходит очень энергично

Текст: Павел Басинский/РГ
Фото: В. А. Серов — Портрет А. М. Горького
Pavel-Basinskiy.jpgВо-первых, памятник Горькому вернулся на Белорусский вокзал. Во-вторых, в ИМЛИ будет мощная научная конференция. «Круглый стол» готовится в МГУ. Про Нижний Новгород пока ничего не знаю, но уверен, что и там к этому событию готовятся. В-третьих, вышли две достойные книги, посвященные Горькому: «Тайна смерти Максима Горького. Документы, факты, версии», М., 2017, и Евгений Никитин. «Семь жизней Максима Горького», М., 2017. Знаю, что готовятся и другие.

В-четвертых, Горьким продолжает интересоваться театр. Во МХАТе им. Горького с успехом идет «Васса Железнова». А в РАМПТе премьерой пьесы по Горькому открыли новую сценическую площадку — Белую комнату.

Спектакль «Коновалов» сделан по одноименному рассказу и циклу статей «Несвоевременные мысли». Режиссер — Олег Долин. Художник — Александра Дашевская. В ролях: Тарас Епифанцев, Дмитрий Кривощапов, Полина Виторган, Сергей Печенкин, Антон Савватимов.

В пьесе Коновалов — настоящий русский богатырь. Но при этом он нигде не может найти себе места. Его все время тянет в путь на поиски высшей справедливости.

«Жизнь у меня без всякого оправдания, — жалуется он. — Зачем я живу на земле и кому я на ней нужен, ежели посмотреть? Живу, тоскую… Зачем? Неизвестно. Внутреннего пути у меня нет, понимаешь? Как бы это сказать? Этакой искорки в душе нет… силы, что ли? Ну нет во мне одной штуки — и все тут! Понял? Вот я живу и эту штуку ищу и тоскую по ней…»

В рассказе Коновалов описан как человек предельно честный в отношении самого себя. Но именно это и приводит его к жуткой катастрофе: герой вешается. «А он испытывал удовольствие, бичуя себя; именно удовольствием блестели его глаза, когда он звучным баритоном кричал мне: — Каждый человек сам себе хозяин, и никто в том не повинен, ежели я подлец!»

Почему «подлец»? Прекрасный работник, пекарь, силища русская немереная — кажется, живи и радуйся! Нет! Почему? А от избытка энергии, которую нельзя направить в позитивное русло.

В пьесе диалог с Коноваловым ведет интеллигентный мальчик в очках Максим. В пьесу вклиниваются размышления Горького из цикла его статей в газете «Новая жизнь» под названием «Несвоевременные мысли».

«Коновалов» — ранний рассказ писателя и очень характерный для Горького раннего периода. Многие его ранние герои кончают с собой или сходят с ума именно от избытка физических сил и одновременно душевной тоски по несбыточному идеалу: Илья Лунев («Трое»), Фома Гордеев («Фома Гордеев») — это только крупные вещи, а сколько таких героев в рассказах и очерках. Да и гордый Сокол, и Данко тоже гибнут. Ранний Горький, конечно, был романтиком, но довольно специфического и мрачного толка.

«Несвоевременные мысли» писались и печатались в 1917—1918 годах, пока большевики не закрыли «Новую жизнь», последнее независимое СМИ в советской России.

Таким образом, между первым и вторым произведениями прошло больше 20 лет. И «Несвоевременные мысли» писал совсем другой Горький. Уже побывавший в большевиках и уже вышедший из этой партии. Помогавший партии Ленина делать революцию, не только спонсируя ее, но и написав «очень своевременную» повесть «Мать», где изобразил революционеров фактически апостолами. И яростно ругавший Ленина и Троцкого в «Новой жизни».

Я не знаток театра, но отзывы критики на спектакль восторженные. Виктория Пешкова и Алена Карась высоко оценили работу Олега Долина, художника и актеров.

Мне же нравится смелое соединение раннего Горького с его мрачной романтикой и Горького сравнительно позднего с его острым политическим критицизмом.

Дело в том, что и «Коновалов», и «Несвоевременные мысли», по сути, об одном и том же. О русской душе. О том, почему мы, русские, такие вроде талантливые, такие сильные и энергичные, никак не можем устроить жизнь. Именно УСТРОИТЬ жизнь. Потому что запускать в космос первых людей и первые ледоколы в Арктику и даже побеждать в страшной войне еще не означает УСТРОИТЬ жизнь.

И вот уже в конце ХХ века другой русский классик, чье 100-летие мы будем отмечать в декабре, пишет работу под названием «Как нам обустроить Россию?» И заметьте, опять со знаком вопроса.

Во время Первой мировой войны Горький напечатал в своем журнале «Летопись» статью «Две души». Статью довольно странную и вроде бы несправедливую по отношению к русскому народу. Обе «души» у Горького выходили какими-то неправильными: «одна — от кочевника-монгола, мечтателя, мистика, лентяя… а рядом с этой бессильной душою живет душа славянина, она может вспыхнуть красиво и ярко, но недолго горит, быстро угасая…»

Это не так, конечно.

Вообще алхимия народной души буквальному анализу не поддается.

Но вот что любопытно. Потом Корней Чуковский написал статью «Две души Максима Горького». И в ней он убедительно показал, что, вроде бы критикуя русских, Горький на самом деле постоянно восхищается ими и поет гимн русскому человеку. Он воспел абстрактного Человека, но описал его в самой неудачной своей вещи — поэме «Человек». А вот живых русских людей он изображал всю жизнь, страстно, то с гневом, то с любовью, то с гневом-любовью. От бродяг до купцов-миллионеров и от революционеров до ищущих Бога странников.

Но вопрос-то все равно оставался. Как нам УСТРОИТЬ жизнь? Мы и сейчас на него не можем ответить. И никто в этом не повинен, кроме нас самих.

Оригинал статьи:

«Российская газета»  —  21.01.2018

22.01.2018

Просмотры: 0

Другие материалы раздела ‹Публикации›:

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ