Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Как русские казаки стояли под Багдадом

Неизвестный эпизод Первой мировой в монументальном романе, принесшем автору премию «Ясная Поляна», — но не принесшем известности

Текст: Сергей Шулаков
Фото: Сайт премии «Ясная Поляна», БСЭ
На фото: Писатель Арсен Титов на вручении премии «Ясная Поляна». 2014 г./Бехистунгская надпись. «Барельеф обращен на запад в качестве предупреждения. С запада и в древности ничего хорошего ждать не приходилось не только России». (Арсен Титов)

Рассказ о лауреатах основных литературных премий России сезона 2014/2015 годов мы продолжаем обзором собранной под одной обложкой трилогии Арсена Титова «Тень Бехистунга». Наверно, закономерно, что огромное произведение о Первой мировой войне получило премию «Ясная Поляна», устроители которой декларируют свою взвешенность и приверженность традиционным ценностям. Удивительно другое: 800-страничный том, плод 16-летней работы автора, вышел символическим тиражом 300 (триста!) экземпляров. В такой ситуации ГодЛитературы.РФ счел необходимым рассказать подробнее о книге и о ее авторе.

Название трилогии екатеринбургского писателя Арсена Титова дал древний барельеф, две с половиной тысячи лет назад высеченный на Бехистунгской скале близ города Хамадан в Иране. Каменные изображения и надписи сродни летописи: они на древнеперсидском, эламском и вавилонском, языках повествуют о событиях, произошедших после смерти Кира II Великого (529 год до н.э) — восстании мага Гуматы, его убийстве и воцарении Дария I… В авторском предисловии Арсен Титов говорит: «Высечен он (барельеф) был в назидание потомкам, в наивной надежде устрашить их и отвратить от пагубности государственных переворотов, от мятежей…».

Свой интерес к Кавказу, Востоку Арсен Борисович Титов объяснил в личной беседе. «В науке есть точка зрения, что праславяне, протославяне, продвигались — не заселяли, а именно двигались — по территории нынешнего Ирана к Средиземноморью. Я мог бы заявить о том, что проснулась прапамять… Но дело обстоит сравнительно проще. Наш род Титовых тесно связан с городом Гори и Хевсуретией примерно с середины XIX века, когда майор Титов, его имени, к сожалению, я не знаю, был там комендантом гарнизона. Он и соединил русскую кровь с грузинской, фамилии Титов и Пицхелаури».

800-страничный том «Тень Бехистунга» включает три романа: «Одинокое мое счастье», «Тень Бехистунга» и «Екатеринбург восемнадцатый» — именно так, без знаков препинания. Две книги рассказывают о событиях Кавказского фронта Первой мировой войны, третий — о революционном Екатеринбурге. Трилогия актуальна. В предисловии автор пишет, что в истории России он выделяет два аспекта: «преодоление географии» и «»другое начала цивилизации», особого отношения нас с Европой и Европы с нами». В Первую мировую Россия столкнулась с Европой не только на обоих Западных фронтах, но и на Кавказском — с союзниками. Выйдя к позициям британцев в Месопотамии, русский артиллерийский офицер Борис Норин, главный герой трилогии «Тень Бехистунга», был возмущен их попыткой подчинить свою батарею…

В «Тенях Бехтисунга» по всему, от замысла до языка, видно: Арсен Титов органично чувствует себя внутри эпической традиции русской литературы , а не пытается слету прорваться в нее снаружи. Насыщенный, щедрый язык льется без монотонности свободно, например, в мыслях подростка: «Само название полубатальона было оскорбительным, и я всей душой жалел командира этого полубатальона, полагая его вторым в мире по несчастью человеком, первым, конечно, числя только себя. Я представлял его… мрачным, потухшим, никак не сводящим концы с концами, ибо на полубатальон ему всего давали вполовину…». Юный Борис часто смотрел в окно на «забулыженную улицу».

Стиль книги и в определенной степени словотворчество отсылают к Солженицыну. Детство в уездном городе на родном для автора Урале, одиночество при старших братьях и сестре составляют исчерпывающий психологический портрет, данный современным, но полным прозрачной стилистической архаики языком. «Я был младшим и поздним ребенком. Все старшие: брат Гриша, брат Саша и сестра Маша — вышли из дома и жили отдельно… Брат Саша тоже не годился в брата Сашу, потому что был офицером кавалерии. Я его обожал не менее Наполеона…». При многих, по-видимому, близких автору чертах, герой отчетливо самостоятелен.

С началом Первой мировой Борис Норин, воевал в Приморском отряде под Батумом, отличился при высадке турок, был представлен к Георгию, но отказался накрыть огнем селения, возмутившиеся по наущению врага, и штабс-капитана Норина услали подальше, в Персию, «от суда в пограничную стражу». В литературе о Кавказе часто и естественно всплывают лермонтовские мотивы, это чувствовал Есенин — поэта оставили в Батуме уже красные, не взяли в персидский десант, и хорошо, что не взяли: персидские казаки под командованием русских офицеров тогда сбросили краснофлотцев в море. По-своему ощущал эту тягу к Востоку Велимир Хлебников, бродивший по Персии в таком обличье, что местные принимали его за дервиша. Условно колониальный, как бы лермонтовско-гумилевский тон чувствуется и в повествовании Арсена Титова. Офицер Горско-Моздокских казаков из местных дарит Норину дорогую восточную шашку; Борис отказывается — нечем отдариться, но кавказец настаивает: у его предка был случай зарубить русских, но он оставил их в живых, и «заповедал… что тот из русских будет владеть этим клинком, кто также поступит по отношению к врагу-мусульманину. Вот здесь на клинке это написано». В этом коротком эпизоде передана сложность взаимоотношений России и Кавказа.

«Профессиональные военные были и в роду моей бабушки Марии Алексеевны Нориной, — рассказал нам Арсен Титов. — Два ее брата, Александр и Борис, пропали без вести на Гражданскую войне. Надо будить в себе ту самую прапамять, которая то ли есть, то ли нет… Но будить ее надо. Надо вселять в себя то, о чем пишешь, жить в том, о чем пишешь, или пусть оно живет в тебе. Тогда многое становится видно, и многое можно осязать. А нянюшка, постоянно воспоминаемая Борисом, — это моя родная мама, именно так говорившая и именно этому меня учившая». Свою няню, с детства обогатившую его многими житейскими мудростями, романный Борис вспоминает не раз. Среди героев трилогии «Тень Бехистунга» много значительных исторических лиц, о роли которых в продвижении России на Восток нам до сих пор мало известно. Это драгунский унтер-офицер Семен Буденный, заслуживший в Персии четыре солдатских Георгиевских креста. Присяжный поверенный Алексей Емельянов, уполномоченный Главного комитета союза земств и городов, эмигрант, автор книги воспоминаний «Кавказский фронт». Короткие справки о русских генералах Персии и Месопотамии, екатеринбургских большевиках автор дает в послесловии.

Арсен Титов включил своего героя в реальный эпизод неожиданного для англичан подхода к их позиции казачьей сотни, посланной для связи с союзниками. Когда англичане опомнились, внезапно прибывшим русским они определили место на отдых за чертой городка, в безводной степи. Норин не согласился, ответил английскому офицеру: «А вот что, лейтенант. Мне никаких инструкций не поступало. А посему… Есаул, ведите батарею в центр города. А не понравится, — сказал я про британцев… — снимай орудия с передков!». То есть — готовь к бою. Вот вам и мальчик, одиноко глядевший из окна на мокрую провинциальную мостовую. Невольно думаешь: побольше бы таких офицеров — и через два перехода были бы в Багдаде. Так литература лечит раны, нанесенные историей: словно про каких-то других русских читаешь, намерения их честны и ясны, язык прям и точен. Вскоре в войска пришла телеграмма об отречении императора Николая. Зловещая тень скалы с древним персидским барельефом распростерлась через Среднюю Азию до Екатеринбурга.

На Урал Норин возвращался уже полковником, после тифа и госпиталя, ташкентской тюрьмы, приписанным к одному из сибирских казачьих полков. Ему повезло: опасность расправы со стороны солдатских комитетов в среде сибирских казаков была минимальна. Командир полка объяснил: «У нас офицеры…не помещики и не буржуи. Они всегда с казаками наравне во всех тяготах службы». В нескольких эпизодах Арсену Титову удалось сказать едва ли не больше, чем в идеологически выверенной эпопее о забайкальских казаках Константина Седых «Даурия», написанной для географически расширительного продолжения «Тихого Дона».

Реакция героя, вернувшегося домой, предсказуема, но от того не менее остра. Двор родного дома загажен, две старые липы — такие деревья, словно друзья детства — спилены на дрова, дворник откалывает замерзшие нечистоты у ворот, он возмущен: «На станции дров этих жечь не пережечь! Да где же! Оттуда ведь надо везти! А они ведь совето!». «Советы» он произносит, оканчивая на «о», — уральский революционный говорок… В отцовском кабинете, в гостиной проживают советские работники, нужду справляют с крыльца. «Какó совето они подадут, когда сами до дыры сходить не научились, когда сами по совету да ладу одного дня не живывали!» Стиль меняется, автор широко пользуется выразительными средствами языка; просторечия, диалектизмы несмотря на гротеск, горький комизм, создают эффект некомфортного, болезненного восприятия действительности. Трансформация героя естественна в рамках естественного развития, но невозможна на сломе страны. Он не может безболезненно приспособиться к новой, кажущейся тупиковой реальности. Арсен Титов завершает трилогию день в день весной, когда Николая II доставили в Екатеринбург, объясняя в послесловии: дальнейшие события требуют отдельного осмысления.

Интерес к событиям, связанным с участием России в Первой мировой войне существовал у читателей всегда. Но подспудно — ее заслоняла тема Великой отечественной. Лишь в 90-е годы, когда в поле зрения вернулись «белогвардейские» архивы, и вышло «Красное колесо» Солженицына, дремлющую тему «сняли с тормоза». Но писатели, задумывавшиеся над ней, имевшие материал, понимали масштаб задачи: тема не позволяет ограничиться единственным романом.

Процесс создания трилогии оказался продолжительным. Арсен Титов рассказал порталу ГодЛитературы.РФ, что работа над рукописями трилогии заняла 16 лет, с 1997 по 2013 годы. «Но высказаться о Первой мировой войне мне захотелось сразу же, как только я занялся литературным трудом, в 1982 году. Может быть, именно поэтому я и обратился к литературе. Тогда речи ни о какой трилогии не шло. Просто хотелось сказать о том, о чем никто не хотел слышать, никто не хотел знать. Какая Первая мировая — в 1980-е? Публикация трех романов в журнале «Урал» растянулась с 2002-го до 2014-го. Первый роман был издан отдельной книгой в 2004 и в 2008 годах в Екатеринбурге. Второй, под названием «Ночь Персии», вышел в издательстве «Вече» в 2014 году. Третий роман вошел только в трилогию «Тень Бехистунга». Средства на нее счел возможным выделить экспертный совет министерства культуры Свердловской области. Их хватило только на 300 экземпляров. Они распространяются по библиотекам области».

Неудивительно, что об авторе монументальной трилогии за пределами области практически ничего не известно. Восполним это пробел.

Арсен Борисович Титов родился в башкирском селе Старо-Базаново в 1948 году. Окончил исторический факультет Уральского университета имени Горького. Одновременно занимался живописью в мастерской заслуженного художника России Н. Г. Чеснокова; выставки работ Арсена Титова проходили в России и за рубежом. В настоящее время Арсен Титов — председатель правления Екатеринбургского отделения Союза российских писателей, автор около полутора десятков книг прозы, многих журнальных публикаций. С книгой «Призрак Бехистунга» стал лауреатом премии «Ясная поляна» 2014 года.

«Несмотря на премию «Ясную Поляна» интерес к «Тени Бехистунга» далек от массового, — с горечью признаёт автор. — А хотелось бы, чтобы о славных делах своих предков прочитали и на Кубани, и в Сибири, так как части Кубанского и Сибирского казачьих войск действовали в Персии, и это было бы интересно многим. В этом свете стоит сказать еще и о трилогии о Русской Америке моего друга, писателя Александра Кердана, она издана в издательстве «Вече», в ней есть много интереснейших, малоизвестных фактов. Однако складывается впечатление: кому нужны какие-то никому неизвестные, как отозвалась московская пресса на мою «Ясную Поляну», «авторы из глубокой провинции»…».

А. Титов. Тень Бехистунга. — Екатеринбург: Издательство «АсПУр», 2013. — 800 с. (п) 300 экз.

23.04.2015

Просмотры: 0

Другие материалы раздела ‹Публикации›:

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ