Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Карло Гольдони и его венецианский дебют

На русском языке впервые вышла пьеса «Душа общества» — та самая, с которой началась слава автора «Трактирщицы» и «Слуги двух господ»

Текст: ГодЛитературы.РФ
Текст книги и обложка предоставлены Геннадием Киселевым

В издательстве «Лингвистика» при поддержке Итальянского института культуры в Москве и министерства культуры области Венето вышла книга «Душа общества / L’uomo di mondo». В нее, помимо предисловий и послесловий всех заинтересованных сторон (включая переводчика Геннадия Киселева), включен первый русский перевод первой полностью выписанной пьесы Гольдони, впервые поставленной в театре Сан-Самуэле на карнавал 1738 года в полуимпровизационном виде, и переработанной автором для публикации в 1756 году, а также ее итальянский оригинал.
Впрочем, «итальянскость» оригинала нуждается в уточнении. На литературном итальянском языке того времени говорят только «благородные» герои — знатный чужестранец Сильвио и его жена Беатриче, доктор Ломбарди и его чувствительная дочь Элеонора, хозяин респектабельной гостиницы Бригелла. А простолюдины — носильщики, гондольеры, прачки, слуги — изъясняются на густом венецианском диалекте. Главный же герой, молодой ухарь-купец Мòмоло, который на наших глазах проходит путь от «прожигателя жизни», вращающегося в сомнительном обществе, до рассудительного и благонравного юноши, с лёгкостью переходит с одной стилистики на другую — что ставит перед переводчиком трудную, но интересную задачу. Геннадий Киселев насыщает своей русский текст просторечьем и оборотами, позаимстванными у Фонвизина, Крылова, из русских сказок в записи Тамары Габбе. При этом, по его собственному признанию, он не думает об удобстве театральной постановки: страница книги — это и есть настоящие подмостки его заговоривших по-русски героев.

ДЕЙСТВИЕ I

Явление VI
Момоло на носу небольшой лодки с гондольером Нане. Подплывают, напевая из Тассо на венецианский лад. Причалив, швартуют лодку и сходят на берег.

Момоло. Что скажешь, Нане? Славно мы потешились? Трапеза была знатная, наплясались фурланы от души в обществе шести молодок.
Нане. Да уж! Чьи денежки, тот и правит бал.
Момоло. Главное не иметь денежки, а уметь их тратить. Кто ими располагает, да держит под спудом, подобен ослу, что везет вино, но пьет воду. А кто имеет денежки, да худо их тратит, тот горит, да не греется. Истинный кортезан и дукат в цехин обратит. Такой с расходами не считается, но и спросту его не обойдешь. Он в меру щедр, но не расточителен, умелый хозяин, открыт друзьям, а с недругами крут. В свете, друг Нане, полно шельм, и каждый по нынешней моде норовит подмять другого под себя, но со мной это не пройдет, я им не разменная монета.
Нане. До вечера, синьор Момоло.
Момоло. Да уж, как стемнеет, отправимся на штурм фортеции, что обнаружили нынче утром. Эй, как тебе этот бастион? Слушай-ка, я пребываю в надежде, что скоро мы добьемся капитуляции, ибо, сдается, там на исходе припасы. Пускай себе обороняется, доколе может, только у меня в кармане золотая бомбочка припрятана, и обещаю, что скоро она высадит эти ворота, либо по-хорошему, либо по-плохому.
Нане. А что, синьор Момоло, та особа, коя живет тут по правому борту, вы ее уже того, бросили?
Момоло. Кого? Синьору Элеонору?
Нане. Я-то знаю, что некогда вы к ней благоволили.
Момоло. Верно. Зла не держал, только вот что я тебе скажу: мне моя свобода дорога. С этими юницами лучше шашни не заводить, а то подкуешь такую лошадку, так и веди ее под венец, а я еще женихаться не сбираюсь.
Нане. Ваша правда, синьор Момоло, живи как живется, покуда можется.
Момоло. Эх, нравишься ты мне, братец. Ты, я гляжу, вылитый кортезан.
Нане. Честь имею. (отплывает).

Явление VII
Момоло, потом Бригелла.
Момоло. Чем бы таким занять остаток утра, покамест не настал час идти к Риальто? Проведать что ли синьору Элеонору? Хотя нет, наверняка промаюсь там битый час с ней и с Доктором, ее батюшкой. Они все целятся меня окрутить, да только я не дамся. Прибудет годков, тогда и оженюсь, а покуда можно, буду вкушать удовольствование от жизни. Гляну, нет ли чего новенького у мессера Бригеллы. Прослышал я, будто у него остановились заезжие. Синьора Элеонора, верно, еще в постелях и все одно не примет меня. Эй, есть кто в доме? (стучится в дверь гостиницы).
Бригелла. Мое почтение, дражайший синьор Момоло. Чем могу служить?
Момоло. Как поживаете, дружище? Давненько не видались.
Бригелла. Было время, захаживали ко мне почаще.
Момоло. Скажите, друг мой, что новенького?
Бригелла. Как раз нынче утром подвернулась мне одна чужачка, да такая что надо.
Момоло. Уж гондольер Гьяццо давеча мне доложил. Я повстречал его на Большом канале.
Бригелла. Вроде как она с мужем.
Момоло. Ясное дело. Эти заезжие вечно все мужья да жены. Хороша ль она собой?
Бригелла. Недурна. Да тут такое! Прямо жалость берет.
Момоло. Что еще? Никак они без гроша?
Бригелла. Да они-то при грошах, только в них уже вцепился наш прохвост мессер Лутро. Оказалось, пришлый синьор имеет страсть к игре. Ну, завели они речь об игре, сели забавы ради за стол, да так развлеклись, что Лутро его вчистую обдул, а тот проигрался в пух.
Момоло. Эка досада. А ну как все пошло бы еще плоше? Ведомо мне, что за пес этот шильник Лутро. Вот что, веди меня туда, где они играют, представь, как положено, а там видно будет.
Бригелла. Лишь бы слухи не поползли.
Момоло. Ни в коем разе, вверься мне, ты меня знаешь. Вырвем бедолагу из лап этого пса.
Бригелла. Ей-богу жалко его. (заходит в гостиницу).
Момоло. Пошли. А коли эта дама мне глянется, то хотя бы не зря потрачу время. (заходит в гостиницу).

Явление VIII
ГОСТИНИЧНЫЙ НОМЕР
Сильвио, Беатриче, Лутро.
Сильвио. (к Беатриче, отстраняясь от нее) Ах, оставьте меня, не усугубляйте моего отчаяния. Славно же вы себя явите в Венеции, коли будете так продолжать.
Лутро. Что вы? Не огорчайте его.
Беатриче. Вам легко говорить, синьор приятель на час, после того, как вы прибрали к рукам его денежки.
Лутро. Такое бывает, сударыня. Я тоже мог проиграться. Нынче он проиграл, другой раз выиграет.
Сильвио. Уж тут я вам возражу, затем что боле не играю. Мне обидно не проиграть, но сносить свершенные вами действия.
Лутро. Какими такими действиями вы недовольны?
Беатриче. Одному Богу известно, как вы у него выиграли.
Лутро. Что это вы говорите? Мы люди порядочные…
Сильвио. Я не утверждаю, будто вы шулер, однако, ежели порядочный человек выигрывает, он обязан продолжить игру.
Беатриче. Как раз тут он верно поступил, что прервал игру, не то и вовсе бы нас раздел.
Лутро. Конечно, я бросил партию, ибо приметил, что у вас не идет игра. Довольствуйтесь тем, что проиграли под честное слово всего тридцать цехинов. Продолжи мы, так быстро дошли бы до ста, а там и до тысячи. Лично мне это не по нутру. Однако же извольте выдать тридцать цехинов, лишь их, да я уйду.
Беатриче. Вам мало того, что вы получили наличными?
Лутро. Весьма сожалею. Женщинам невдогад, что значит в таких случаях слово благородного человека. Синьор Сильвио проиграли тридцать цехинов под честное слово. Его репутация требует безотложно их выдать.
Сильвио. У меня времени сутки. Я заплачу.
Лутро. У чужака нет и минутки. Прошу прощения, но я не знаю, кто вы.
Беатриче. Только послушайте, какая дерзость!
Лутро. То не ваша забота, сударыня.
Сильвио. Я вам покажу, кто я такой. У меня имеются векселя на получателя, я заплачу.
Лутро. Мы народ честный и даем все то время, кое вам надобно. Нам бы получить от вас задаток.
Сильвио. Что мне вам дать? У меня ничего нет.
Лутро. Однако у вашей супруги есть украшения.
Беатриче. Как! Вам подавай и мои украшения? Хорош гусь!
Лутро. Ну же, сударь, платите, не то я вас ославлю.
Беатриче. Прочь, иначе я сделаю то, на что не хватает духа у моего мужа.
Лутро. Что же такое вы сделаете, сударыня? Я требую оплаты.
Сильвио. Наглец.

Явление IX
Те же и Момоло.
Момоло. Что за грохот, что за гвалт? Простите за столь бесцеремонное вторжение. Я как раз зашел перекусить к мессеру Бригелле и слышу: тут перепалка. Дай, думаю, посмотрю, в чем дело, а ну как улажу ссору.
Лутро. (в сторону). (Надо же, откуда только взялся этот повеса).
Сильвио. (к Момоло) Кто вы, сударь?
Момоло. Я благородный человек, милостивый государь. Да вот и друг ситный Лутро вам скажет, кто я.
Сильвио. Вы друг ему?
Беатриче. (с иронией) И приспели на помощь такому же благородному человеку?
Момоло. Нет, погодите, сударыня. Я пришел с благими намерениями, как и подобает человеку моего положения. Меня не оскорбляют ваши подозренья на мой счет, ибо вы поколе не знаете меня. Когда же спознаете, кто таков Момоло Бизоньози, уж боле так не скажете.
Лутро. Синьор Момоло знатный купец, могу свидетельствовать.
Момоло. Нет уж, дружище, оставьте при себе ваше свидетельство, мне от него мало чести. Не можно ль изведать причину сей распри?
Беатриче. Я скажу вам, сударь, в чем суть. Сей любезный юноша втянул в игру моего мужа…
Лутро. Я их не втягивал. Это они…
Момоло. Либо вы, либо он. Так в чем суть?
Лутро. Суть дела такова. Они проиграли тридцать цехинов на слово и не желают платить.
Момоло. Простите, синьор чужестранец, коли проигрался — плати.
Сильвио. Я и не говорю, что не намерен платить, но прошу отсрочки, о коей могут сговориться благородные люди. Завтра я уплачу.
Момоло. (к Лутро). Он прав, и вам нечем оспорить.
Лутро. Тогда, может быть, вы, синьор Момоло, поручитесь, что он не съедет?
Момоло. (к Сильвио). Могу ли я узнать, кто вы, сударь?
Сильвио. Мое имя — Сильвио, фамилия — Аретузи. У меня имеется банковский вексель на триста цехинов. И я тотчас докажу его подлинность.
Момоло. Не извольте тревожиться. Честного человека сейчас видно. Я сочувствую чужестранцам, ибо и сам бывал в подобных передрягах. Послушайте, синьор Лутро, даю вам свое ручательство. Ежели этот господин вам не заплатит, явитесь завтра в этот час ко мне и получите ваши тридцать цехинов.
Лутро. Я восхищен. Как прикажете, синьор Момоло. Завтра я у вас.
Момоло. Объявитесь как-нибудь и сегодни. У меня к вам разговор.
Лутро. Когда изволите, синьор Момоло. Я к вашим услугам. (Сильвио). Мое почтение. До скорого свиданьица. Не обессудьте, ежели что не так, другой раз исправим. (уходит).

Явление X
Сильвио, Беатриче, Момоло.
Сильвио. Сударь, премного вам обязан. Даже не будучи со мной знакомы, вы избавили меня от эдакой напасти.
Момоло. Пустое, сударь. Долг благородного человека оказывать добрые услуги, когда это ему по силам.
Беатриче. Однако что за продувная бестия! Такие позорят ваш край.
Момоло. Начать с того, что мне не ведомо, откуда он родом, хоть он и навострился изъясняться на венецьянский лад. Но будь он даже из этого города, весь мир, известно, одна деревня, и кругом немало люда хорошего и дурного. Говоря округло, в Венеции чужестранцев любят и гораздо уважают, хотя всегда отыщется какой ни есть прохвост, готовый снять лишний навар, как это бывает везде и всюду, наипаче в людном граде.
Сильвио. Ваша правда, сударь. Вот и я на такого напал. Но я добуду эти тридцать цехинов, и вы не останетесь…
Момоло. Не стоит казниться. Всецело располагайте собою, а я без труда выдам нужную сумму. Воротите посильно. (к Беатриче). Как зовется сия благородная дама?
Беатриче. Беатриче, к вашим услугам.
Момоло. О, какое чудесное имя! Откуда вы будете?
Беатриче. Я римлянка и ваша покорная слуга.
Момоло. Весьма любезно с вашей стороны. Надолго ль в Венецию?
Сильвио. Я подумывал задержаться здесь на время карнавала.
Беатриче. Но коль скоро деньги он спустил в игре, то развлеченья наши закончены.
Момоло. Вам не к лицу грустить. Да и проигрыш невелик, к тому же в Венеции можно знатно повеселиться и задешево. Ежели удостоите меня чести и воспользуетесь моими услугами, то найдете во мне доброго друга и покорнейшего слугу.
Беатриче. (в сторону). (С виду он как будто человек благородный, но меня страшит урок того, другого).
Сильвио. Я хотел бы повидать купца, что должен заплатить мне по векселю. Вы, верно, его знаете.
Момоло. Как не знать? Назовите его имя.
Сильвио. Сия бумага в сундуке, я мигом ее разыщу.
Момоло. Ступайте же за ней, и я вам отвечу.
Сильвио. Куда спешить? Я удовольствуюсь вашим обществом.
Момоло. Через час все купцы соберутся у Риальто. Извольте сыскать бумагу. (в сторону). (Вот бы этот господин удалился).
Сильвио. Иду и одним духом обратно. (уходит).
Момоло. Особливо не торопитесь. (к Беатриче). А что, сударыня, бывали ль вы прежде в Венеции?
Беатриче. Нет, сударь. Я тут впервые.
Момоло. Вот увидите, вам приглянется это место. Правда, чтобы постичь сей град, в нем надобно пообвыкнуть. Тут все много учтивы, тем мы и славимся. Могу сказать, что особо привольно у нас дамам. У здешних кавалеров доброе сердце, и ежели вы покороче сблизитесь со мной, то, надеюсь, не составите дурного мнения о наших жителях.
Беатриче. Охотно верю в правоту ваших слов. Судя по вашим манерам, вы человек весьма обходительный.
Момоло. Полноте, сударыня. В том нет моей заслуги. Я горд лишь тем, что прям и честен, уважаем и воспитан.
Беатриче. (в сторону). (Мне истинно по душе этот венецианский синьор).
Момоло. (в сторону). (Похоже, ее сердце начинает распаляться).
Беатриче. Вы женаты, сударь?
Момоло. Нет, как видите. Я юноша свободный, к вашим услугам.
Беатриче. Будь у вас жена, я бы упросила познакомить нас, дабы немного сойтиться с компанией.
Момоло. Могу сам служить вам, коли пожелаете.
Беатриче. Все так, но тут совсем иное.
Момоло. Скажите, что супруг ваш, ревнив?
Беатриче. О, вовсе нет. На то у него нет причин, ни по моим достоинствам, ниже по моему нраву.
Момоло. В рассуждении достоинств его ревность была бы простительна, но оглядчивая женщина не должна давать для того повод.
Беатриче. Он и не склонен обращать внимание на иные вещи.
Момоло. Стало быть, мне будет дозволено служить вам?
Беатриче. Приличествующим образом, отчего бы нет?
Момоло. Уж я, вестимо, не дозволю себе неподобающих вольностей. К примеру, что бы нам не отобедать вместе, коль вам будет способно?
Беатриче. Я, пожалуй, соглашусь.
Момоло. И пойти в масках?
Беатриче. Извольте. Вместе с мужем.
Момоло. Так я вам услужу?
Беатриче. Я не вправе отвергнуть расположение столь добропорядочного человека, коим вы представляетесь.
Момоло. Уговорились. Позвольте вашу руку.
Беатриче. Отчего я должна дать вам руку?
Момоло. Дабы скрепить данное мне слово.
Беатриче. В том нет нужды. Мы и без того сладились.
Момоло. Чего вы робеете? У меня же нет чесотки.
Беатриче. Вот вам моя рука.
Момоло. В знак уважения. (целует ей руку).
Беатриче. Вы так любезны.
Момоло. Повелевайте мной без остатка.
Беатриче. Взглянемте, отыскал ли муж бумагу?
Момоло. Дождемся его здесь.
Беатриче. Нет, нет, уместнее пойти самим.
Момоло. (нежно). Полно вам.
Беатриче. Пойдемте же, говорят вам. (в сторону). (Не хочется, чтобы муж заподозрил неладное).
Момоло. Распоряжайтесь мною как вам вздумается. (О, сколь прекрасна эта встреча! Пусть она обойдется мне в тридцать цехинов, такая дамочка заслуживает и поболе ста). (уходят).

Ссылки по теме:
«C днем рождения, Венеция!» — самые известные литературные произведения, написанные в Венеции и о Венеции

25.03.2015

Просмотры: 0

Другие материалы раздела ‹Публикации›:

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ