Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Мамы разные важны

Психологи и специалисты по детскому чтению проанализировали, как и почему меняется образ матери в современной детской литературе

Текст и фото: Дарья Доцук
На фото: Татьяна Губина с обсуждаемой книгой в руках

9 ноября в московской библиотеке им. Н. А. Некрасова состоялась дискуссия «Образ матери в литературе и в жизни». Интернет переполнен советами для родителей, как надо растить и воспитывать детей. В книгах преобладают безупречные мамы, которые все успевают. Но так ли это в реальной жизни? Какой должна быть мама? И не много ли давления на современных мам со всех сторон?

Поводом для беседы стала вышедшая осенью в издательстве «Поляндрия» книга «Мама» бельгийских авторов Элен Дельфорж и Квентина Гребана. На первый взгляд она больше напоминает художественный альбом — крупный формат, иллюстрации-картины Квентина Гребана и короткие поэтичные истории-зарисовки Элен Дельфорж.

Книга объединила 30 историй о самых разных мамах. Их разделяют страны, судьбы, эпохи. Вот зрелая индийская мать со взглядом тигрицы обращается к своему ребенку: «Не расти еще год-другой, дай тебя защитить от жестокости мира». На другой странице мама-хиппи с гитарой и ребенком в слинге ждет попутную машину и говорит младенцу: «Родилась ты. И я не скажу: я хотела путешествовать, но… А скажу: я хочу путешествовать — с тобой, для тебя, потому, что ты есть». Эскимосская мама думает, оглядываясь на своего малыша: «Когда тебе холодно, я мерзну УЖАСНО». Маркиза с высокой прической грустит: «Едва родишь, ребенка отнимают, кормилице малютку отдают». Самые разные переживания и наблюдения мам ждут нас на страницах этой красивой и романтичной книги.

Кому она адресована? «Для широкого круга читателей», — написано на обороте. Но в первую очередь, конечно, книга станет поддержкой для мам, покажет, как принимать в себе разные материнские чувства, в том числе страх, боль и печаль. Это книга о том, что нет единого правильного способа быть мамой. Опыт материнства у каждой свой.

Дискуссию вела Екатерина Асонова, кандидат педагогических наук, заведующая лабораторией социокультурных образовательных практик МГПУ, автор и руководитель семинара «Детские книги в круге чтения взрослых».

Она отметила, что книг для мам и про мам сейчас великое множество, от пособий-подсказок (например, «Как играть с ребенком» Жени Кац) до дневниковых книг вроде «#тыжемать» Нади Папудогло. Современные книги изображают разных мам, а не только образ идеальной мамы, к которому мы привыкли в советской детской литературе.

Екатерина Асонова

Ключевой книгой в этом ряду Екатерина Асонова и другие присутствующие эксперты назвали книгу Туве Аппельгрен «Веста-Линнея и мама-монстр» (издательство Albus Corvus), ранее выходившую под названием «Веста-Линнея и капризная мама». По сюжету дочка упрямится, мама выходит из себя, но ссора заканчивается миром. «Это очень жизненная книга, которая дает возможность и ребенку, и маме взглянуть на себя со стороны», — сказано в аннотации.

Анна Годинер, редактор и специалист по книгам об «особом» детстве, попыталась обобщить образ матери в современных детских книгах. В книжках для малышей первым делом возникает диалог между мамой и ребенком, это пространство поддержки и уважения к личности ребенка. Это заметно, даже если судить только по названиям: «Кто такая мама?», «Где моя мама?», «Бронтозавр ищет маму», «У кого какая мама», «Мама для мамонтенка», «Лама в садике без мамы», «Хочу к маме!», «Мама всегда рядом», «Мама, что такое любовь?», «Люблю маму».

В подростковых книгах образ мамы шире. По мнению Анны Годинер, есть большая категория книг, которую она условно называет «мамам трудно» — мама переживает болезнь, слом, подавленность, невозможность нести ответственность и другие сложности. Например, «Разрисованная мама» Жаклин Уилсон, «Чудаки и зануды» и «Пусть танцуют белые медведи» Ульфа Старка, «Осторожно, Питбуль-Терье!» Эндре Эриксена, «Что к чему» Вадима Фролова, «Великолепная Гилли Хопкинс» Кэтрин Паттерсон и другие.

Татьяна Губина, психолог, долгое время проработавшая в детском доме, автор книги о приемном материнстве «Кузя, Мишка, Верочка и другие ничейные дети», заметила, что мамы в исполнении художника Квентина Гребана — это почти мадонны, особенно героиня на развороте «Прощай, молодой отец» — покинутая девушка с младенцем в одной руке стоит одна посреди пшеничного поля. «Мне кажется, женщина нарисовала бы по-другому».

Книга Татьяны Губиной — о том, как образуются семьи, как люди становятся матерями и отцами, ведь любовь к ребенку не обязательно приходит сразу, она формируется постепенно.

Екатерина Асонова добавила, что каждый ребенок — это принятие нового, гибкость, понимание, что этот опыт не будет совпадать с прошлым опытом материнства женщины. Поэтому и не может быть универсальных рецептов.

Анна Куусма

Анна Куусмаа

Анна Куусмаа, представитель Школы осознанного родительства «Большая Медведица» и соавтор книги об эмоциональном выгорании «Мама на нуле» (в создании которой участвовали также психолог Людмила Петрановская и мамы, пережившие послеродовую депрессию), призналась, что книгу выпускали с опасением, но она оказалась нужной и своевременной — за полтора года разошлась тиражом 21 000 экземпляров, а мамы после прочтения писали: «Я увидела, что я не одна».

«Нам важно было рассказать о родительском выгорании именно на уровне книги, а не только в соцсетях, это совсем другой масштаб», — пояснила Анна Куусмаа.

Она также отметила книжку-картинку «Однажды мама ругалась» Ютты Бауэр: «Для меня как для мамы — это терапевтическая книга. Я принимаю себя, когда ругаюсь, а книга дает подсказку, как выйти из этой ситуации. Такие книги очень нужны».

Анна Куусмаа поделилась результатами опроса «Какая книжная мама вам запомнилась», который провела среди своих читателей. Победила, конечно, Муми-мама. Теплая, заботливая и в то же время «расслабленная» — разрешает не доедать кашу, а оставить на завтра, позволяет себе грустить и знает, что есть вещи, на которые можно не обращать внимания.

Читателям нравятся и мамы в книгах Астрид Линдгрен. Например, мама Малыша в истории про Карлсона уезжает на месяц в деревню отдохнуть от переутомления, поэтому семья и нанимает Фрекен Бок. И это нормально.

Наиболее противоречиво читатели воспринимают маму Дяди Федора из историй Успенского о Простоквашине (хотя не исключено, что они судят только по мультфильму). Одни называют маму эгоисткой, другие, наоборот, уважают ее умение не забывать о себе и своих желаниях.

«Реальность такова, что мама бывает разная, и если нас окружают только прекрасные светлые образы, когда у всех все получается, — это страшно. Знать, что в жизни бывает по-разному — залог душевного здоровья», — сказала психолог Татьяна Губина.

Татьяна Рудишина

Татьяна Рудишина

Главный библиотекарь ЦГДБ им. А. П. Гайдара Татьяна Рудишина считает, что образ мамы в современной литературе постепенно десакрализируется. Маме можно ошибаться, быть «неправильной». Об этом, в том числе, веселая книжка Елены Соковениной «Приключения П. Осликова, ребенка, который хотел как лучше». А в постмодернистских «Сказках про мам» Сергея Седова есть и забывчивая мама, и крикливая, и пугливая, и мама-инопланетянка, и даже мама-пьяница. Ох и ругали эту книжку в интернете особо трепетные читатели!

«Беда сегодняшнего дня в том, что родитель напуган: то нельзя, это нельзя», — сказала Татьяна Рудишина и прочитала несколько стихотворений. Среди них «Мамы любят есть варенье» Дарьи Герасимовой. Там есть такая строфа:

 

Мамы любят спать в субботу,
И лепить слонов из снега,
И прогуливать работу,
И зимой без шапки бегать.

 

Екатерина Асонова сказала, что скандинавская литература — кладезь самых разных мам. Они могут устать, заболеть (в том числе раком или депрессией), могут даже умереть. Русскоязычная литература пока очень осторожна по части образа матери.

Только мы пришли к выводу, что нужно принимать разные материнские чувства и поступки, как возник вопрос: все ли мы готовы принять? В какой момент мы переходим к осуждению?

Екатерина Асонова озвучила позицию многих психологов: «Любая мама важна для ребенка».

Татьяна Губина поспорила: «Мораль — саможивущая штука. Ее границы можно расширять, но есть и то, что нельзя принять. Да, ребенку плохо без кровного родителя, но иногда кровный родитель делает запредельные вещи, и все внутри тебя кричит: нет, так не должно быть! Это один из тех вопросов, где нет правильного ответа».

А что же папы? В книге «Мама» Квентина Гребана и Элен Дельфорж папы остаются за кадром, но в детской литературе в целом папы появляются все чаще, а не только пропадают — на работе… или совсем. Один из самых ярких примеров — «Денискины рассказы» Виктора Драгунского. Про маму там, кстати, почти не рассказывается. Образ папы в литературе давно не идеализируется, папа может быть любым: дурачиться и сердиться, грустить и «уходить в неизвестные дали» (как в книге Марии Ботевой «Мороженое в вафельных стаканчиках»), быть ласковым и поддерживающим, как в книге «Папа рядом» от издательства «Поляндрия».

Но это уже тема для следующей дискуссии.

10.11.2018

Другие материалы раздела ‹Публикации›:

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ