Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

На краю русской речи

Зачем понадобилось составлять многотомную антологию писателей Дальнего Востока?

Текст: Ольга Журман/РГ, Владивосток
Фото: Тихоокеанское издательство «Рубеж»

За последние двадцать пять лет книги дальневосточных авторов издавались крайне редко и выходили мизерными тиражами. И многие писательские имена попросту забыты. Из культурного контекста оказался выключен большой пласт.
В России никто не предпринимал еще попыток создать литературную антологию целого региона, содержащего девять субъектов федерации. Идея владивостокского издательства «Рубеж» и его главного редактора Александра Колесова (бывшего, кстати, в свое время одним из инициаторов установки во Владивостоке первого в мире памятника Осипу Мандельштаму), — первый и единственный региональный проект всероссийского масштаба.

Составители антологии — кто они? Кажется, что идея выпуска литературной антологии могла прийти сейчас, когда государственных издательств на Дальнем Востоке больше нет, в голову или авантюристам, или необычайно преданным востоку России людям.

Александр Колесов: В краях и областях Дальнего Востока работают писательские организации и университеты; есть, слава Богу, толковые филологи, библиотекари и краеведы, которые помогают издательству. Так, в Биробиджане с нами сотрудничает мой однокурсник и филолог, проректор университета Павел Толстогузов, в Южно-Сахалинске доктор наук Елена Иконникова, прекрасно знающая не только литературу прошлого, но и современную дальневосточную. В Хабаровском крае нам активно помогает заместитель директора Дальневосточной научной библиотеки Раиса Наумова, а во Владивостоке — ведущий специалист Приморской публичной библиотеки им. М. Горького Нина Иванцова…

Вообще же главные наши книжники, такие, например, как критик Александр Лобычев, один из составителей первого тома, подготовивший к тому же большую и толковую вступительную статью к антологии, — всё, что написано в регионе и о регионе, хорошо знают. Так что собрать воедино произведения дальневосточных писателей для нас большого труда не составило. Проблема в том, чтобы отобрать и вместить в один том лучшие тексты региона, и при этом, чтобы они были оригинальные, не купированные цензурой в предыдущие годы.

Литература создавалась здесь преимущественно в XX веке, причем главным образом в советский период. Поэтому антология позволяет целостно воссоздать литературный процесс на востоке России. «На краю русской речи», по выражению моего коллеги, выделив из него самое талантливое. Проект оформляет один из ведущих российских книжных графиков — московский художник Андрей Бондаренко.

Десять томов — это огромный объем; как он структурирован?

Александр Колесов: Каждый том посвящен одному из дальневосточных регионов. В двух случаях мы сочли целесообразным объединить в одном томе произведения писателей двух регионов: Магаданской области и Чукотского АО; Амурской области и Еврейской АО. Также в отдельный том выделена вся дальневосточная поэзия, еще в один — национальный эпос региона. Завершающий, десятый том посвящен литературе дальневосточной эмиграции, сформировавшейся в первой половине ХХ века в полосе отчуждения Китайско-Восточной железной дороги.

Подобное издание вообще предпринимается в нашей стране впервые. И это глубоко символично: кому, как не Дальнему Востоку быть сегодня первым в этом начинании! Ведь ни в одном из регионов России нет такого яркого, причудливого и удивительного переплетения географических, исторических, природных, национальных и культурных особенностей.

Первый том представляет творчество писателей Приморья. Чьи произведения вошли в него?

Александр Колесов: В 900-страничный том большого книжного формата включены романы, повести и рассказы 33-х авторов Приморского края за сто лет. Вот только некоторые из них: Станислав Балабин, Иван Басаргин, Юрий Вознюк, Лев Князев, Борис Можаев, Арсений Несмелов, Александр Плетнев, Александр Фадеев, Олег Щербановский…

Открывает том Владимир Арсеньев, писатель, чье творческое наследие до сих пор не издано полностью, а его главные книги — «Дерсу Узала» и «По Уссурийскому краю», хоть и переведены на многие языки, но преимущественно в цензурированном виде. Мне вообще досадно за судьбу этого человека, который многими до сих пор воспринимается всего лишь как путешественник и друг Дерсу…

Владимир Арсеньев — фигура крупная и недооцененная. Потому что он по-настоящему не издан, а стало быть, не прочитан. Между тем существует большой корпус нехудожественных текстов Арсеньева: очерки, исследования, отчеты, доклады, записки по самым разным вопросам жизни в Уссурийском крае, которые он создавал, опираясь на свои дневники. Арсеньев их вел, будучи офицером генштаба русской армии, посланным в 1901 году в далекий пограничный край как контрразведчик. Не имея классического, университетского образования, он оказался в таком месте и в такой роли, что это поставило его перед необходимостью сделаться серьезным исследователем Дальнего Востока и одновременно писателем. Его имя — один из брендов Дальнего Востока. У нашего издательства есть возможность издать всего Арсеньева. Это огромная и почти неподъемная ноша. Но мы понимаем, что, если не сделаем это сегодня, то завтра за этот многотрудный проект вряд ли кто вообще возьмется.

Что представляет собой литература дальневосточной эмиграции, которой будет посвящен отдельный том антологии?

Александр Колесов: Литература русского Китая — это атлантида русской культуры, совершенно неведомый материк российской словесности. Я двадцать пять лет занимаюсь этой темой и могу сказать, что по масштабу поднимаемых проблем и таланту ее авторов литература дальневосточной эмиграции — в своих главных именах — не уступает эмигрантской литературе русской Европы. Конечно, писателей такого масштаба, как Владимир Набоков или Гайто Газданов, там не было. Зато тексты лучших харбинских писателей не похожи ни на какие другие — ни на советскую прозу о Дальнем Востоке, ни на эмигрантскую литературу, существовавшую в Париже, Берлине или Праге. Писавшие в Харбине создавали литературу, которая могла родиться только в русском Китае. Правда, широкой публике до недавнего времени она совершенно не известна! По политическим и идеологическим соображениям эта тема была закрыта, и представителей этой ветви отечественной литературы до конца 1980-х в нашей стране не публиковали. Да и потом про них как-то не особенно вспоминали, за редким-редким исключением.

Возьмем, к примеру, Бориса Юльского. Он родился в Иркутске, а начал писать в Харбине. Потом служил в лесной полиции КВЖД, называемой «зеленым легионом» (именно так, к слову, по названию цикла его рассказов, мы и назвали книгу Юльского). Как и для многих молодых литераторов, родившихся или выросших в Китае, Поднебесная стала для него родиной, а не чужбиной, и это не могло не отразиться на его творчестве.

В августе 1945 года, когда Красная армия вошла в Маньчжурию, в числе многих других деятелей культуры российской эмиграции Юльский был схвачен СМЕРШем и вскоре оказался в лагере на Колыме. В 1950-ом он бежал из ГУЛАГа и… сгинул. Но в 1930-40 годах успел опубликовать в эмигрантских журналах несколько десятков чудесных рассказов. Это лучший молодой прозаик русского Китая, по творчеству которого сегодня пишутся диссертации.

Или, допустим, в приморский том антологии входит очерк «О себе и о Владивостоке». Его автор — Арсений Несмелов, один из ярких представителей литературы русского Китая, ведущий поэт белого движения. Весной 1920 года во Владивостоке оказался поручик армии Колчака Арсений Митропольский. Через четыре года он состоялся здесь как поэт, взявший себе фамилию убитого друга и ставший Несмеловым. Его первая книга стихов была отпечатана в военной типографии на острове Русский. Перед уходом в Китай, в июне 1924 года Несмелов разослал по нескольким московским адресам свою только что вышедшую зрелую книгу «Уступы». Одну бандероль отправил в адрес Бориса Пастернака. А затем вместе со своими товарищами, белыми офицерами, по карте, полученной накануне от Владимира Арсеньева, Несмелов перевалил через Синий хребет и ушел в Китай. Так вот, в десятитомном собрании сочинений Пастернака есть письмо жене: «Принесли бандероль с Дальнего Востока. Арсений Несмелов. Хорошие стихи».

Нельзя не сказать и о Николае Аполлоновиче Байкове, его собрание сочинений мы сейчас издаем. Визави Арсеньева, писатель-натуралист, он более полувека жил и творил в Маньчжурии, а похоронен в 1958 году в австралийском городе Брисбене. Его легендарный роман о тигре «Великий Ван» семьдесят лет переиздается в Японии, но на родине книги Байкова начали выходить только в XXI веке, во Владивостоке, и он сразу стал популярным автором.

Конечно, произведения этих писателей, наряду с текстами других эмигрантских авторов, войдут и в антологию литературы Дальнего Востока. Спустя сто лет у нас есть возможность восполнить этот пробел и наиболее полно собрать в отдельный том и выпустить произведения талантливых писателей дальневосточной российской эмиграции, одновременно прозу и поэзию — незаслуженно забытый материк Русского мира.

У многих авторов русского Китая не было своих книг, они успели опубликоваться только в литературной периодике, и их тексты, при содействии наших коллег, нам удалось разыскать и скопировать в российских и зарубежных архивах и библиотеках. Хотелось бы сказать отдельное спасибо известному дальневосточному историку, доктору Амиру Хисамутдинову, а также Патриции Полански из Библиотеки Гавайского университета и руководителю Музея русской эмиграции в Сан-Франциско Иву Франкьену. В этом смысле невозможно переоценить и помощь известного в Китае слависта и переводчика русской литературы, профессора Хэйлунцзянского университета Диао Шаохуа, с которым я имел счастье дружить и сотрудничать в течение десяти лет.

Почему произведения писателей Дальнего Востока все-таки столь мало знакомы российскому читателю? При том, что имена Распутина и Асафьева — сибиряков, представителей деревенской прозы, назовет любой читающий человек.

Александр Колесов: Дальневосточная литература вся, по сути, создавалась только в XX веке.
Помните, был такой роман Василия Ажаева «Далеко от Москвы» — о строительстве тоннеля под Татарским проливом, отмеченный в 1949 году Сталинской премией? Расстояние в десять тысяч километров в былые времена было гораздо более непреодолимым, чем сегодня, и лишь немногие авторы смогли заявить о себе в столице — Александр Фадеев с его «Разгромом» и некоторые другие писатели, скорее, исключение из правила. По-видимому, именно поэтому литература Дальнего Востока находилась и до сих пор находится на периферии интереса российской читающей публики.

К счастью, ситуация меняется в последнее годы. Очень важно, разрабатывая стратегию развития региона, не забывать о том, что наряду с экономическим содержанием есть человеческий фактор, эмоциональная составляющая. Поэтому и создание антологии дальневосточной литературы необходимо расценивать как национальный проект государственной важности, имеющий колоссальное культурное, просветительское и политическое значение. Мы исходим из того посыла, что культура и литература Дальнего Востока уникальны и ничем не заменимы!

У нас есть знаменитые книги магаданцев Олега Куваева и Альберта Мифтахутдинова, давно ставшие классикой, или отличные романы и повести мало кому известного в Москве приморского таежного охотника Ивана Басаргина.

В Приморье, в таежной глубинке живет замечательный прозаик, рассказчик Виктор Пожидаев. Он пишет о рыбалке, охоте, человеческих отношениях. Последняя его книга вышла во Владивостоке 25 лет назад, а в следующем году ему исполнится 70 лет. Когда с моей подачи рассказы Пожидаева попадают в руки моих приятелей, московских писателей, они поражаются — в каком удивительном по красоте мире живут герои этого скромного человека и яркого писателя. Сегодня в России так уже почти никто не пишет! В этом году мы выпускаем в серии «Архипелаг ДВ» большую книгу повестей и рассказов Виктора Пожидаева «Там, где ждут, считают дни». Серию продолжает и «Избранное» интересного прозаика из Южно-Сахалинска Владимира Семенчика, творчество которого в свое время убедило Павла Басинского в том, что «сахалинская школа» в прозе действительно существует».

На Сахалине здравствует и основоположник нивхской литературы Владимир Санги, а на далеком севере — классик чукотской поэзии Антонина Кымытваль. Если продолжить список национальных авторов, то надо вспомнить такие имена, как Григорий Ходжер, Семен Данилов, Юрий Рытхэу и многие-многие другие. Словом, наш проект воскресит огромный культурный материк. Гигантское литературное пространство — треть России! — расплывающееся, как тесто на столе, он стянет мощным обручем десятитомной литературной антологии.

Ссылка по теме:
Дальневосточная литература собрана в антологию — ГодЛитературы.РФ, 09.06.2015

Сайт по теме:
Тихоокеанское издательство «Рубеж»

12.08.2015

Просмотры: 0

Другие материалы раздела ‹Публикации›:

Нонфикшен2019

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ