САЙТ ГОДЛИТЕРАТУРЫ.РФ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО ПЕЧАТИ И МАССОВЫМ КОММУНИКАЦИЯМ.

Классика — это круто

Кто сказал, что «Уроки французского», «Каштанка» и «Шинель» — это литература для взрослых?

чтение классики - это модно мнение учителя литературы
чтение классики - это модно мнение учителя литературы

Текст: Татьяна Малюта, учитель русского языка и литературы, школа «Интеллектуал»

Фото: Nextews

Я не про стандарт, можно? Стандарт ужасен не по тому, что он предлагает, а потому, что он стандарт. Я про классику и про то, что считать книгами для детей. В последнее время часто спорят учителя, родители и методисты — для детей ли писано, например, «Васюткино озеро» или «Уроки французского». Месседж, говорят, не тот. Это литература для взрослых.

Не знаю. Рассказ про мальчика, проведшего три дня в тайге, детей завораживает. Обязательно прочитаю этот рассказ в нынешнем 5-м классе. Звуки, запахи, мысли Васюткины, страхи, его резкое взросление, широко открывшиеся на этот мир, на жизнь и на себя самого глаза — все это детям интересно и близко. Такое у меня ощущение. 


«Уроки французского» — замечательный рассказ. И для взрослых, и для детей. Что там непонятного? Настоящая живая литература — для человека, про человека, большого и маленького.


Теперь про страшное и «слезовыжимательное» в русской классике. Опять-таки недавно прочитала в комментариях, что самое страшное место — у Чехова в «Каштанке», когда собаке давали проглотить кусок мяса и потом вытягивали его за нитку обратно. Очень страшно. И мне тоже на всю жизнь запомнилось. Но ведь никто не скажет, что «Каштанка» только для взрослых, правда?

«В русской классике — одни страдания... Дети не могут читать только про грустное и беспросветное... Они должны радоваться жизни...» и т. д. Безусловно, должны радоваться. Но вот, честное слово, классика вообще и русская в особенности нисколько не мешает этому. В ней столько жизнеутверждающей силы! Не знаю, может, мне с детьми как-то повезло... Я стонов по поводу ее «депрессивности» не слышу. В 7-м классе в этом году читали и «Станционного смотрителя», и «Шинель». Жалели, переживали, ужасались, но не стонали. А уж когда Башмачкин стал срывать с петербургских чиновников шинели!.. Сейчас читают «Ревизора» и повизгивают: «Давайте это поставим!» Потому что живой гениальный текст.

В 10-м классе наконец дождались «Преступления и наказания».


Уроки продолжаются на переменах, невозможно выгнать из класса, чтоб проветрить. И это не гуманитарии — биохимы, физматы в основном...


Нет, конечно, не все 23 по списку тащатся от Достоевского, но больше половины, неплохой процент. Остальные прислушиваются. 

С 9-м классом сейчас Чехова ставим. А у него, сами знаете, про «выдавливание раба» очень много... Никого это не раздражает, наоборот.

А «подростковую» литературу они читают, да. И мне предлагают. Обсуждаем ее на внеклассном чтении. Вот уж поистине депрессивные бывают книжки! «Шоколадную войну» я не дочитала, в чем честно им призналась и объяснила — почему. Но это, как говорится, совсем другая история.

Не знаю... То ли мне с детьми везет, то ли действительно русская классика именно сейчас — это круто, мощно, живо и, не побоюсь этого слова, модно. И она — для всех, больших и маленьких.