САЙТ ГОДЛИТЕРАТУРЫ.РФ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО ПЕЧАТИ И МАССОВЫМ КОММУНИКАЦИЯМ.

«Типа я». Выйти из морока

О книге лауреата премии «Лицей» Ислама Ханипаева, напоминающей одновременно о Сэлинджере и «Доме, в котором...», но ни на минуту не теряющей самобытности

Коллаж: ГодЛитературы.РФ. Обложка с сайта издательства
Коллаж: ГодЛитературы.РФ. Обложка с сайта издательства

Текст: Иван Родионов

Ислам Ханипаев, «Типа я». Издательские решения, 2021

Как известно, от слов-паразитов нужно стараться избавляться. Во-первых, они засоряют речь (а без них мы все Цицероны, ага). Во-вторых, они подчёркивают скудность словарного запаса говорящего (а иначе об этом, видимо, никак не догадаться). Наконец, слова-паразиты привносят в высказывание ненужные (?) побочные оттенки. Апелляцию к собеседнику или, скажем, неуверенность (тут они сближаются с вводными словами). Но говорить нужно прямо и точно, не так ли? Евгений Евтушенко, например, был в этом уверен:

  • Я хочу перед Богом предстать
  • как я есть,
  • а не как бы,
  • не вроде –
  • лишь бы «как бы счастливым» не стать
  • в «как бы жизни»
  • и «как бы свободе».

Конечно, какому-нибудь теледиктору такая точность необходима. Однако любому непосредственному высказыванию слова-паразиты, как это ни удивительно, порой способны придать неоднозначность - и сложность. "Жизнь" - это жизнь, а вот под "как бы жизнью" можно понимать многое - и по-разному же такое выражение расшифровывать и интерпретировать. Как говорится, когда б вы знали, из какого сора...

Как художественный приём, игра зыбкой многозначностью подобных слов может иногда давать удивительные результаты. Вот и "Типа я", вынесенное в заглавие повести Ислама Ханипаева, становится развёрнутой почти на двести страниц метафорой (в книге будут ещё и типа мама, и типа брат, и типа жизнь - и со значением здесь тоже не всё так однозначно). Вселенная книги ширится и мерцает - во многом потому, что герой, восьмилетний мальчик из Махачкалы, мог бы повторить за ещё одним поэтом:

  • И чувствую - "я" для меня мало.
  • Кто-то из меня вырывается упрямо.

Впрочем, обо всём по порядку.

Восьмилетний школьник со сложной судьбой по имени Артур - приёмный ребёнок. В школе у него дела идут не очень - много обидчиков, от которых ему часто достаётся. Однако мальчишка не сдаётся и методично старается стать "сильным и злым", чтобы расквитаться с хулиганами и победить монстра Баху. Помогает Артуру воображаемый друг по имени Крутой Али (Перекличка с сэлинджеровским Алли и его перчаткой? Вообще в повести есть что-то сэлинджеровское - повествовательное и интонационное). Крутой Али очень брутален, способен победить любого и даёт герою важные советы: например, считает, что "шахматы нужны, чтобы ломать уши".

Кроме того, Артур расследует разнообразные околосемейные тайны.

А дальше Денискины (или Артуркины) рассказы почти превращаются в "Дом, в котором..." с дагестанским колоритом - и всё это по-прежнему под углом зрения восьмилетнего пацана. Но всё же - не превращаются. Артур постоял на пороге и убежал - в жизнь. Ну или в типа жизнь. Его эскапизм, извините за оксюморон, - деятельный.

"Просто почему всё так сложно? Почему папа не живёт на верхнем или нижнем этаже, чтобы я сразу его нашёл? Почему он не живёт в нашей старой квартире или с дядей? Почему дядя не знает, где папа? Почему папа не знает, где я? Почему он меня не ищет? Почему не приходит в школу и не бьёт всех злодеев? Почему злодеи лезут ко мне? Почему со мной никто не дружит, кроме Расула и Алины? Почему все думают, что я дурак? Почему я не могу их всех избить?"

Чтобы ответить на эти вопросы, Курильщик (самый, пожалуй, нелюбимый поклонниками "Дома, в котором" персонаж, поначалу претендовавший, однако, на роль главного героя) должен оставить обаятельный морок Дома и по-горьковски выйти в люди. И ещё одно: просто "Я" здесь может не справиться, нужен "типа Я".

Да и как иначе, если в школе водятся призраки? Если надо найти отца? Если его ждёт новообразованная "Суперкрутая команда"?

Нужно преодолеть иллюзии и ложь. Понять, что быть "крутым и злым" - не панацея. Отпустить многое. И тогда не будет страшен никто - ни монстр Баха (его тоже ждёт неожиданное превращение), ни даже сам Гасан-вонючка. Пусть нельзя говорить про родственников, которых нет, - но загвоздка в том, что они есть.

А "типа" - это когда притворяешься кем-нибудь. И порой только так и можно стать больше, чем ты есть.

P. S. Ислам Ханипаев с повестью "Типа я" взял "серебро" "Лицея" - главной российской премии для молодых писателей. Как и у его героя, путь молодого автора был сложен и тернист - по его собственным словам, издательства ему многократно отказывали, а чаще - и вовсе его игнорировали. Что ж, будем надеяться, что нынешний выстраданный успех - только начало яркого творческого пути самобытного прозаика.