САЙТ ГОДЛИТЕРАТУРЫ.РФ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО ПЕЧАТИ И МАССОВЫМ КОММУНИКАЦИЯМ.

Екатерина Какурина: «Мне нужна была героиня с самоиронией»

Интервью с призером «Лицея» — о людях, застывших в своих убеждениях, юморе в русской литературе и шоколадных журавлях

Интервью с призером «Лицея» — о людях, застывших в своих убеждениях, юморе в русской литературе и шоколадных журавлях
Интервью с призером «Лицея» — о людях, застывших в своих убеждениях, юморе в русской литературе и шоколадных журавлях
Андрей-Мягков

Интервью: Андрей Мягков

Фото: из личного архива Екатерины Какуриной

Последовательно расспросив Сергея Кубрина и Рината Газизова, мы добрались и до последнего неопрошенного призера сезона-2020  — Екатерины Какуриной из Москвы, занявшей третье место со своим романом «Маркетолог от Бога». О том, как в одном и том же тексте очутились юмор и религия — и о всяких других литературных секретиках — Екатерина охотно рассказала нам в этом интервью.

Сперва о впечатлениях - каково оно, стать лауреатом «Лицея»?

Екатерина Какурина: Необычное ощущение. В жизни писателя немного вознаграждения, поэтому, чтобы продолжать работать, нужно постоянно находить, за что себя в тексте похвалить. Если этого не делать, то фрустрация неизбежна. Мне кажется, со временем так отвыкаешь от сторонней похвалы, что она даже начинает смущать. Но всё равно приятно. Радость «Лицея» для меня в большей степени состоит в том, что я наконец закрыла этот текст и могу отдохнуть от вопроса «как роман?».

Как вас в принципе занесло в литературу? Когда поняли, что хочется заниматься именно этим?

Екатерина Какурина: Для меня литература - это не то, чем хочется или не хочется заниматься. Просто мозг сам генерирует образы, мысли, картинки, фразы, отрывки диалогов. Если их не записать, то они приходят снова и занимают оперативную память.

То есть это для вас не профессия? Сергей Кубрин сказал мне, что пока не чувствует себя писателем. Но вы ведь не только учились литературному мастерству, но и в CWS теперь преподаете...

Екатерина Какурина: Я поняла, что мне никуда не деться от писательства, после того как попала в финал премии «Дебют» в 2010 году с совершенно интуитивно написанной повестью. Тогда и начала учиться. Писательство как социальный статус или профессия - наверное, нет. Как занятие, которое будет сопровождать всю жизнь - да.

Интервью с призером «Лицея» — о людях, застывших в своих убеждениях, юморе в русской литературе и шоколадных журавлях

Юлия Гумен при награждении отметила, что ваш текст «полон юмора». Я почитал - действительно полон. Специально задавались целью написать что-то смешное или органически получилось?

Екатерина Какурина: Мне нужна была героиня с самоиронией. Которая может подурачиться, снизить градус пафоса, посмотреть под неожиданным углом. Такие герои более способны к трансформации нужного мне рода. Ну и, так как героиня сама вела повествование, получилось немного шапито (улыбается).

Современная российская литература с юмором не очень-то дружит. Как вам кажется, в чем причина, откуда такая повальная серьезность? Можете кого-то из современников по юмористическому критерию отметить?

Екатерина Какурина: Мне кажется, что российская литература нормально-таки дружит с юмором. Большинство современных писателей умеют где надо пошутить. Мало произведений, построенных полностью на юморе, - да, но это нормально. Вроде бы высокая популярность чисто юмористической литературы имеет социальные предпосылки, это явление переменное.

Если кого-то посоветовать - когда мне говорят, что мой стиль похож на Евгения Алёхина, я рада. Мне нравится, как он пишет. А вообще из юмора я больше читаю классиков.

А какие писатели у вас в принципе любимые?

Екатерина Какурина: Есть отдельные тексты, которые я могу назвать любимыми. «Петербургские зимы» Георгия Иванова, «Чемодан» Довлатова, «Роттердамский дневник» Бориса Рыжего, ряд рассказов Тэффи, у Зощенко «Перед восходом солнца».

Наверное, если обобщить этот список: мне нравятся ненарочные пронзительные тексты, которые схватывают определенный отрезок пережитого. На них и стараюсь ориентироваться.

Интервью с призером «Лицея» — о людях, застывших в своих убеждениях, юморе в русской литературе и шоколадных журавлях

А кого-то из своих коллег-финалистов можете особо похвалить?

Екатерина Какурина: Пока не успела никого прочитать, к сожалению. Всё время с шорт-листа я преподаю курс по литературному мастерству для детей, поэтому сейчас в приоритете рассказы о шоколадных журавлях, гномике Грише и вентиляторе, мечтающем летать. Но в отпуске, надеюсь, прочитаю всех. Уверена, это будет удовольствие.

Ух ты, наверное, интересно учить детей писать. Насколько сильно это отличается от преподавания литературного мастерства взрослым? Насколько иначе, по вашим наблюдениям, дети воспринимают литературу?

Екатерина Какурина: Я преподаю литературное мастерство только детям, а взрослым - основы драматургии, там немного другое, больше про сценарии. Поэтому не могу сказать, в чём разница, но могу поделиться впечатлениями.

Дети какие-то невероятные: фантазия неиссякаемая, схватывают на лету даже сложные темы, знают и умеют уже очень много. Мне кажется, никто из моих ровесников в двенадцать лет не умел писать непрямые диалоги (улыбается). Литературу они воспринимают эмоционально: смеются, пугаются и грустят там, где мы, взрослые, уже разучились это делать открыто.

А самое интересное - некоторые из них всерьёз готовятся стать писателями. Как сказал один мальчик: «Ну потому что - что творится?! С этой Землёй надо что-то делать». Если обстоятельства не заставят их свернуть с этого пути, то нас ждёт много хорошей литературы.

Давайте еще немного о вашем романе: откуда интерес к религиозной тематике?

Екатерина Какурина: Мне нравятся тематики, по отношению к которым люди как будто застыли в своих убеждениях. Я думаю, что роль писателя состоит ещё и в том, чтобы показывать привычные вещи под непривычным углом.

Поэтому собираюсь и дальше так делать. Уже с другими темами.

То есть следующий роман уже задуман?

Екатерина Какурина: Конечно, три года назад.

Юмор и религия, учитывая нашу правоприменительную практику, пара не самая безопасная. Не беспокоились об этом? Не приходилось в процессе работы прибегать к самоцензуре?

Екатерина Какурина: Не буду спойлерить на случай, если вы захотите дочитать. Скажу только, что книга задумывалась как снимающая социальное напряжение, и судя по отзывам читателей с разных баррикад, такой она и получилась. Да и религия в книге не главное блюдо, она работает в паре с разговором о любви и свободе и является для него трамплином.

Зачем читать «Маркетолога от Бога»? Попробуйте убедить потенциального читателя в нескольких предложениях. Учитывая название романа, должно получиться.

Это вопрос точно не к автору (смеется). Я слишком погружена в текст. Плюс я понимаю, что какой-то категории людей о нём даже говорить не стоит. Книга до некоторой степени пародирует один молодой, но уже оформившийся жанр, и любители этого жанра, прочитав текст, крайне негодуют.

Могу  дать небольшой тизер. Героиня работает из дома, миновал очередной конец света, люди верят всему, что видят в интернете, а на кухнях обсуждают бесполезность церкви. В общем, как вы уже поняли, на дворе весна 2013 года.