Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

От «Окопов Сталинграда» к «Солдатам»

Как пробивался на экран фильм по мотивам лучшей повести о Великой Отечественной войне

Текст: Евгений Волков (доктор исторических наук)/»Родина»
Фотоматериалы предоставлены журналом «Родина»

Писатель Виктор Некрасов как-то обронил фразу: «Когда-нибудь я напишу о «Солдатах», о коллективе, который их снимал, о самих съемках, о препятствиях, стоявших на нашем пути, и о том, как мы их преодолевали, — история картины, сложная и поучительная, стоит того»1. Но планам писателя не суждено было сбыться. А сам фильм после эмиграции Виктора Некрасова в 1974 году оказался положен на полку — и вернулся к зрителям только 9 мая 1991 года.

ЭКРАНИЗАЦИЯ «ЛЕЙТЕНАНТСКОЙ ПРОЗЫ»
История, связанная с созданием фильма «Солдаты», началась в январе 1955 г. В Советском Союзе реализация многих кинематографических проектов на историческую тематику планировалась к определенным «славным» годовщинам. На киностудии «Ленфильм», видимо, решили снять военно-историческую картину к десятой годовщине Победы. Дело поручили опытному режиссеру Александру Иванову. Как гласит его официальная биография, он участвовал в Первой мировой войне и в Февральской революции, а в 1918 г. вступил в партию. До фильма «Солдаты» Иванов снял «Звезду» (1949), экранизацию повести Э. Казакевича о фронтовых разведчиках, а после, на рубеже 1950–1960-х, «Поднятую целину» по роману М.А. Шолохова. Иванов неплохо зарекомендовал себя в экранизации литературных произведений. Судя по воспоминаниям режиссера, повесть Некрасова «В окопах Сталинграда» (1946) ему понравилась «простотой описания больших и важных событий», но при этом с глубоким проникновением в душу и сердце каждого героя2. Именно с подачи Иванова в начале января 1955 г. Ленфильм направил телеграмму в Киев бывшему фронтовику Некрасову с просьбой дать согласие на съемки картины по его повести, ранее удостоенной Сталинской премии 2-й степени.

Afisha_Nekrasov_defaultПовесть Некрасова считается первым литературным произведением «лейтенантской прозы»3. Один из современников писателя остроумно заметил: «Из «Окопов» Некрасова, как из «Шинели» Гоголя, вышла вся наша честная военная проза»4. Писателю предложили написать сценарий или рекомендовать кого-либо для такой работы. Некрасов откликнулся сразу, но прежде, чем дать окончательный ответ, выразил желание встретиться с режиссером и руководством киностудии. Он объяснил свою позицию следующим образом: «Согласиться на экранизацию своей повести я могу только при определенных условиях, дающих мне право как автору повести вмешиваться в самый процесс подготовки и съемки фильма»5. Пожелания писателя учли, на несколько дней он приехал в Ленинград, встретился с режиссером будущего фильма, заключил договор и вскоре приступил к написанию сценария. Дело шло непросто: это был первый опыт Некрасова в области сотрудничества с кинематографом. Работа продолжалась несколько месяцев.

Сам писатель был уверен, что заниматься экранизацией литературных произведений дело бесперспективное. Возможность еще раз побывать в Сталинграде и оживить в памяти эпизоды фронтовой биографии сыграла решающую роль в согласии писателя участвовать в экранизации6. Первый вариант сценария7 Некрасов отправил почтой из Киева в мае 1955 г., но он не устроил сотрудников Ленфильма. Второй, еще более сокращенный вариант8 Некрасов лично привез на киностудию 10 сентября 1955 г. Но и этот текст, по мнению ленфильмовцев, требовал доработки. Писателю предложили переписать некоторые места с режиссером Ивановым. По словам режиссера, они совместно с Некрасовым нашли следующий выход: в качестве связующего звена текста сценария использовали «голос за кадром» как внутренний монолог героя9.

КРИТИКА ВОЕННЫХ
В середине октября Некрасов сдал третий 80-страничный вариант литературного сценария, который считался окончательным и стал предметом обсуждения худсовета «Ленфильма»10. С большой критикой содержательной части выступил представитель Главного политуправления Минобороны (ГлавПУРа) генерал-лейтенант М.А. Миронов. Замечания генерала сводились к следующему: сценарий по сравнению с книгой «выглядит обедненным … очень слабо показана героическая борьба, которую в весьма сложных условиях вел великий советский народ и его Вооруженные Силы в первый период войны», отступление показано так, «что складывается впечатление о развале армии, об отсутствии в ней какой-либо дисциплины и руководства со стороны высших командиров», не отражена «большая работа, проводившаяся партией и правительством по подготовке Сталинграда к обороне», «автор рисует картину отсутствия всякой дисциплины даже среди офицеров», «идеализирует расхлябанность, увлечение спиртными напитками и панибратскими отношениями» между солдатами и командирами, «многие офицеры, образы которых выводятся в сценарии, выглядят недостаточно культурными, излишне фамильярными во взаимоотношениях друг с другом»11.

14 декабря 1955 г. состоялось новое обсуждение с участием приехавших в Москву писателя, режиссера, начальника сценарного отдела «Ленфильма» Г.П. Макагоненко и главного редактора Главного управления по производству фильмов А.И. Витензона. Создатели картины согласились показать организованное отступление советских войск Юго-Западного фронта, ведущих бои с наседающим противником, и усилить демонстрацию роли партии12. Весной 1956 г. худсовет утвердил режиссерский сценарий фильма. Свою роль сыграл доклад Н.С. Хрущева на ХХ съезде КПСС о критике культа личности И.В. Сталина и его влияния на искажение правдивой истории Великой Отечественной войны13.

Однако «атаки» военных на сценарий не прекратились. 5 мая 1956 г., когда уже шли съемки фильма, командующий Северо-Кавказским военным округом маршал А.И. Еременко направил записку министру культуры Н.А. Михайлову и начальнику ГлавПУРа генерал-полковнику А.С. Желтову. В ней вновь указывалось на «ошибки», содержавшиеся в сценарии. Еременко был раздражен тем, что в фильме предполагалось показать беспорядочное отступление к Сталинграду и разложение войск без объяснения неудач. Кадровые офицеры Красной армии, по словам маршала, показаны очень приниженно в отличие от командиров, призванных с «гражданки». Не понравились советскому военачальнику «расхлябанные» образы бойцов и отсутствие дисциплины на фронте. «Панибратство. Грубость со старшими, лихачество возведены в принцип», — отмечал Еременко. Маршал возмущался, что в картине нет ответа на вопрос, почему победили советские люди и почему враг дошел до Сталинграда. Главный вывод сводился к тому, что «сценарий легковесен по содержанию и малоубедителен по форме»14.

Он предложил привлечь профессиональных военных в качестве экспертов и создать более убедительный сценарий. Еременко раскритиковал «недостаточно подготовленного для этой работы» генерал-лейтенанта Н.С. Осликовского, выступавшего военным консультантом картины15. Записку Еременко из Министерства культуры прислали на «Ленфильм» с указанием обсудить замечания маршала, внести поправки и проинформировать об этом Минобороны. 17 мая 1956 г. по данному вопросу состоялось заседание худсовета. Со многими претензиями маршала участники заседания не согласились, но все-таки обещали кое-что исправить16.

Еременко остался недоволен и как командующий Северо-Кавказским военным округом фактически саботировал приказ управления сухопутных войск о предоставлении съемочной группе солдат и военной техники на натурных съемках в районе Сталинграда17.

Создатели картины вынуждены были внести изменения. Во внутренний монолог главного героя лейтенанта Керженцева вставили слова о том, что отступление советских войск к Волге было не беспорядочным, а планомерным. Для показа ведущей роли коммунистов внесен эпизод о партсобрании, представлены кадры движения военной техники с целью демонстрации мощи Красной армии, вставлены слова Керженцева о мужестве советских людей, отстоявших Сталинград, изъяты слово «орденишко» и тема «бутылочки» в диалогах18.

Полностью см. в журнале «Родина» №8 за 2015 г.

Примечания
1 Некрасов В. Три встречи 1959. М., 1990. С. 27-28.
2 Иванов А.Г. Полвека в кино. Л., 1973. С. 39.
3 Ялышко В.Г. Творчество Виктора Некрасова и пути развития «военной» прозы. Автореферат дисс. к.фил.н. М., 1995.
4 Виктор Некрасов: возвращение в дом Турбиных. Киев, 2004. С. 5.
5 Центральный государственный архив литературы и искусства Санкт-Петербурга (ЦГАЛИ СПб.). Ф. 257. Оп. 17. Д. 1215. Л. 1-2об.
6 Некрасов В. Три встречи. С. 27.
7 ЦГАЛИ СПб. Ф. 257. Оп. 17. Д. 1262.
8 ЦГАЛИ СПб. Ф. 257. Оп. 17. Д. 1264.
9 Иванов А.Г. Указ. соч. С. 40.
10 ЦГАЛИ СПб. Ф. 257. Оп 17. Д. 1215. Л. 3-28.
11 Там же. Л. 29-30.
12 Там же. Л. 31-33.
13 Там же. Л. 35-36.
14 Там же. Л. 45-49.
15 Там же. Л. 50.
16 Там же. Л. 58-62.
17 Там же. Л. 59-62.
18 Там же. Л. 74.

Ссылка по теме:
От Сталинграда до Парижа — ГодЛитературы.РФ, 17.06.2015

30.07.2015

Просмотры: 0

Другие материалы проекта ‹Читалка›:

Подписка на новости в Все города Подписаться

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ