Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.
Елена Шубина

Имя прозы. Елена Шубина. Интервью

Елена Шубина — об итогах литературного года, востребованных романах и мечтах издателя

Текст: Анастасия Скорондаева/РГ
Фото: Владимир Борзилов/РГ

Редактора и издателя Елену Шубину знают не только авторы, с которыми она работает, и критики, но и читатели. Ее имя — это бренд для тех, кто понимает в литературе. Мало писателей, не мечтающих оказаться среди ее подопечных. Но везет далеко не всем. Она открывала новые имена в знаменитом издательстве «Вагриус», а теперь продолжает это делать в АСТ. Об итогах премии «Большая книга», трудностях редактуры, мечтах издателя, небольшом грядущем юбилее и о том, что до сих пор не может простить ей Дмитрий Быков, мы поговорили с Еленой Шубиной.

Об актуальном. Что вы думаете об итогах «Большой книги»-2017? Редкий случай, когда среди лауреатов нет авторов «Редакции Елены Шубиной»…

Елена Шубина: Ну, на самом деле бывало по-разному. Я искренне поздравляю победителей 2017 года, но мне обидно за прозаиков. В этом выборе проявилась даже какая-то демонстрация, алармистский взгляд на современную русскую прозу. И это в год, когда появился новый роман Андрея Рубанова «Патриот» — для меня это давно ожидаемый текст, в котором рефлексия нашего современника предъявлена с трифоновской силой, удивительный «Тайный год» Михаила Гиголашвили и «Петровы в гриппе и вокруг него» Алексея Сальникова. Ну, этот автор вышел к нам прямо как ежик из тумана! Спасибо экспертному совету «Большой книги», что они его разглядели, а мы прочитали…

«Редакция Елены Шубиной» — это издательство в издательстве. Насколько комфортно быть нацеленным не на массового потребителя, находясь в коммерческой структуре?

Елена Шубина: Большой издательский холдинг — это в любом случае коммерческая структура, если понимать его как бизнес. Я пришла в АСТ со своими проектами, своими авторами, расширяя постепенно эту «поляну». Разумеется, в отношениях с руководителями холдинга есть свои пригорки-ручейки, много споров — в основном это касается определения тиражей — тут случаются и конфликты, и даже бои местного значения, но для меня самое главное, что в выборе авторов, текстов — давления нет. Что же касается массового потребителя, то граница между беллетристикой (хотя сегодня это слово имеет негативный оттенок, на самом деле оно обозначает литературу, обращенную ко многим) и высокой прозой бывает не столь уж отчетлива. Читатель масскульта вполне может заглянуть на поляну высокой прозы и… там и остаться (особенно если есть мода). Тем более что «семейный роман», который сейчас очень востребован, как раз и балансирует на этой грани.

Говоря о «высокой прозе», нельзя не вспомнить, что в 2008 году вы ушли из легендарного теперь уже «ВАГРИУСа» в АСТ. Тяжело было уходить?

Елена Шубина: Д-а-а-а. Теперь уже могу сказать — это был стресс. Меня руководство АСТ уговаривало долго, им хотелось свой круг авторов «высокой литературы» — для этого меня и звали. Я долго держалась, но когда на фоне очень тяжелой экономической ситуации в «Вагриусе» ушли в ЭКСМО мои авторы Виктор Пелевин и Людмила Улицкая, я поняла, что могу потерять оставшуюся (пока!) со мной команду. 28 декабря 2007 года я позвонила Юрию Дейкало, тогдашнему директору АСТ, и сказала — я решилась, выхожу в марте. Со мной пришли Захар Прилепин, Александр Кабаков, Михаил Шишкин, Владимир Шаров, Ольга Славникова, Павел Басинский, Игорь Сахновский, Александр Генис, Леонид Юзефович, начинающий тогда Сергей Шаргунов

…и вот в 2018 году вы в АСТ уже 10 лет. По сути — это юбилей «Редакции Елены Шубиной», несмотря на то, что название появилось позже. О чем вы, как издатель и редактор, мечтаете? Какого-то потенциального нового автора хотели бы найти?

Елена Шубина: Тут я бы сделала акцент вообще на слове «новый».

Новый автор. Тот, кто удивит, и все вокруг ахнут. И в конце 2018-го на вопрос о бестселлере года я бы назвала его имя.

Новый роман от автора (авторов), который молчит (молчат) уже несколько лет. Ну, например, я открываю 31 декабря письмо с вложением от Михаила Шишкина! Александра Терехова! Александра Иличевского!

Кстати, это хорошая примета — послать издателю новый роман именно 31 декабря. «Лавр» Евгения Водолазкина и «Тайный год» Михаила Гиголашвили я получила именно 31 декабря.

Редактор для многих — это человек, который сидит и в буковках чужих ковыряется. Зачастую его имя мало кто знает, — разве что автор. Вы же стали не просто редактором, издателем, а публичным человеком. Комфортно ли вам в этой роли?

Елена Шубина: На самом деле я не чувствую себя публичным человеком и очень удивляюсь, когда меня вдруг узнают. Приятно, когда читатели подходят и говорят: «Это вы? Мы так любим ваши книги…» Другое дело, профессия издателя и редактора сейчас — это не просто «буковки» — мы должны неустанно привлекать внимание к вышедшим книгам, общаться с директорами книжных магазинов, библиотекарями, СМИ. Тут довольно трудно держаться совсем уж в тени. Тем более что Татьяна Стоянова, бренд-менеджер РЕШ, мне этого просто не позволит — я стараюсь не пропускать все, затеянные ею мероприятия, — «17-я страница», «Рассказы про меня», «Книжный talk», «Роман поколения» и всякое другое. Вы обратили внимание, что вообще на «литературные встречи» ходит сейчас очень много народу… Цикл лекций «Прямая речь» собирает залы на разных площадках, и это не единственный популярный проект.

Когда-то профессия редактора была почитаема и уважаема. А как сейчас? Сегодня благодаря специальным сервисам каждый желающий может издать свою книгу.

Елена Шубина: Сейчас действительно существует много возможностей предъявить людям свой текст. Но, честно говоря, пока не знаю случаев, чтобы «человек из фейсбука» или с любого сервиса не мечтал издать печатную книгу. Как правило, писательские амбиции все-таки связаны с этим.

Литературный редактор — это читатель и советчик. Это — профессия со своими секретами. Книгу без хорошего редактора видно сразу. Даже если это какой-нибудь роскошный фолиант, в который вбухано много денег.

В вашей команде — сплошь молодежь и все ваши ученики. Как из молодого птенца вырастить маститого редактора?

Елена Шубина: У меня действительно сложилась замечательная команда молодых редакторов. Это уже не ученики даже, а мои коллеги. Хотя профессия редактора тем и хороша — и я не раз им об этом говорила, — что в ней содержится огромный потенциал к саморазвитию, к интеллектуальной работе, к постоянной учебе — да. Все мои сотрудники уже известны среди писателей, у них сложились свои отношения с ними. Попробуйте, например, отнять у редактора Алексея Портнова новый роман Алексея Иванова — меня не поймет ни тот ни другой. Для меня очень важно, что все они любят профессию, что они в ней неслучайно. А ведь это работа не из легких — издатели меня поймут…

Елена Шубина — редактор — какая она: строгая? жесткая? настойчивая? бескомпромиссная?

Елена Шубина: Коль скоро редактор-издатель принял рукопись и готов дать ей жизнь, он должен быть в одной команде с автором, быть ему помощником. Да, я могу быть очень настойчивой в своих предложениях, на разговор с автором нужно приходить в полной уверенности в своей правоте. Ты должен быть на стороне текста и обладать даром убеждения. Если нет доверия, если ты не сможешь мотивировать (порой и достаточно жестко) свои соображения — понимания не будет. Работу над рукописью я бы сравнила с репетициями перед премьерой. Сцена готова, роли распределены, но в зале пока никого нет.

С кем из ваших авторов сложнее всего работать?

Елена Шубина: Бывает по-всякому. По складу характера я не люблю немотивированные длинноты, я — за динамичный текст. В театре могу запросто уйти во время антракта просто потому, что уже поняла, «как это сделано», и теряю интерес. Так и в редактуре — споры чаще всего возникают вокруг сокращений. Александр Терехов, автор очень большого романа «Каменный мост», как-то сказал, что борьбы с редактором (со мной то есть) не было: бросок, удар, и автор повержен, то есть на все согласен. На самом деле, конечно, это было не так… Дмитрий Быков до сих пор не может простить, что «Орфографию» мы не издали (в «Вагриусе») в двух томах…

А смешные истории с редактором случаются?

Елена Шубина: Самая смешная история «из жизни редактора» и одновременно страх божий — это когда ты редактируешь рукопись и на полях пишешь ремарки по поводу прочитанного для себя, а потом, забыв стереть, посылаешь автору. Дальше можно рассчитывать только на чувство юмора получателя.

В этом году вы выпустили сборник победителей премии «Лицей». С кем-то из этих ребят вы продолжите сотрудничать?

Елена Шубина: Я их всех держу в поле зрения. Договор заключен, и новая книга будет весной, у Жени Некрасовой. Кристина Гептинг, я уверена, останется не только на страницах «Лицея».

Понимаю, что вам миллион раз задавали этот вопрос: как попасть к Елене Шубиной? Но все же что для этого нужно? Быть пробивным? Незаурядным? Настойчивым?

Елена Шубина: Присылайте рукопись — а мы будем читать и обсуждать.

Бестселлеры «Редакции Елены Шубиной»:

Эти авторы идут голова к голове.


Тиражи каждой из книг — около 150 000.


«Обитель» Захара Прилепина

«Географ глобус пропил» Алексея Иванова

«Зулейха открывает глаза» Гузели Яхиной

«Лавр» и «Авиатор» Евгения Водолазкина

К слову о юбилее «Редакции Елены Шубиной». 18 февраля 2018 года редакция планирует устроить большой литературный праздник для своих авторов, читателей и друзей в честь этого события в Электротеатре «Станиславский». Там будет и распродажа книг с подарками, и марафон встреч с авторами в необычных форматах, и неформальное общение.

КСТАТИ

Елена Шубина стала персоной «Года Литературы»-2017.

А вместе с ней еще 11 человек, без которых мы не могли представить себе «Год Литературы» и весь литературный год-2017:

Оригинал статьи:
«Российская газета» — 27.12.2017

Просмотры: 2980
27.12.2017

Другие материалы раздела ‹Публикации›:

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ