САЙТ ГОДЛИТЕРАТУРЫ.РФ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО ПЕЧАТИ И МАССОВЫМ КОММУНИКАЦИЯМ.

60 лет назад родился Игорь Меламед, Большой русский поэт

Самые сильные стихи Игорь Меламед написал, когда получил травму

60 лет назад родился Игорь Меламед
60 лет назад родился Игорь Меламед

Текст: Павел Басинский/РГ

Без всяких натяжек говорю, что это был Большой русский поэт. Не верите, загляните в интернет, и вы увидите, как высоко оценивают стихи Игоря многие и многие, поэты и просто любители поэзии. От себя могу добавить, что стихи Игоря, причем еще довольно ранние, оценили такие великие мастера поэзии, как Арсений Тарковский, Белла Ахмадулина, Андрей Вознесенский, Евгений Евтушенко. И даже непримиримый к другим поэтам Юрий Кузнецов принял его стихи. И еще он был переводчиком английских поэтов конца XVIII - первой половины XIX века Сэмюэля Кольриджа и Уильяма Вордсворта, и эти переводы высоко ценил один из самых авторитетных переводчиков английской поэзии Григорий Кружков.

И еще - блестящий эссеист, автор книги статей, изданной посмертно в ОГИ, "О поэзии и поэтах".

Сегодня мне даже странно думать, что я не просто близко дружил с Игорем, но я и нынешний директор Государственного литературного музея Дмитрий Бак были его самыми близкими друзьями.

Сегодня странно вспоминать, что я познакомился с Игорем под Волоколамском, "на картошке", куда нас, первокурсников Литературного института, отправили в сентябре 1981-го.

Игорь был... смешной. Вот уж о ком трудно было догадаться, что перед тобой Поэт. В его внешности не было ничего "поэтического". Тучный, с ранними залысинами, в массивных очках, которые он периодически протирал пальцами, в какой-то нелепой фуражке, он вышагивал по волоколамским полям в телогрейке "комиссарской" походкой и был полностью погружен в себя. Мы, студенты, над ним посмеивались. Но однажды попросили его прочитать свои стихи...

Эти строки помню наизусть до сих пор:

  • Это все - от русской прозы:
  • Ледяные ребра крыш.
  • Ночь, крещенские морозы
  • Да предутренняя тишь.

  • От поэзии российской
  • Только песня ямщика,
  • Только иней на ресницах
  • Да румянец на щеках.

Это совсем ранний, 20-летний Игорь Меламед, и это, в сравнении с тем, что Игорь писал позже, особенно в последние годы, еще очень несовершенные стихи. Но и в них уже чувствовалось дыхание истинной поэзии, и мы, слушая их, смотрели на Игоря с изумлением: так не совпадала его внешность с этими строками.

Он родился во Львове в 1961 году в рабочей еврейской семье. Отец был типографским наборщиком. Учился в Черновицком университете, но бросил его и поступил в Литературный институт в семинар Евгения Винокурова. Мы жили с ним в одной комнате в общежитии на улице Добролюбова. Сегодня я горжусь тем, что первым читал стихи Игоря, написанные в Литинституте.

Однажды Игорь положил мне на стол листок бумаги, где были стихи:

  • …И опять приникаю я к ней ненасытно.
  • Этой музыки теплая, спелая мякоть.
  • Когда слушаю Шуберта — плакать не стыдно.
  • Когда слушаю Моцарта — стыдно не плакать.

  • В этой сказке, в ее тридевятом моцарстве,
  • позабыв о своем непробудном мытарстве,
  • моя бедная мама идет молодою,
  • и сидят мотыльки у нее на ладони.

Игорь никогда не писал стихи для того, чтобы просто писать стихи

Позже Игорь напишет об отце:

  • Не плачь, мучайся - ведь эта ночь пуста.
  • Но жить научимся мы с чистого листа.
  • Во сне безоблачном, в беспамятстве, отец,
  • трехлетним мальчиком я стану наконец.
  • В блаженном сне еще не смыслю ничего.
  • Мне вяжут варежки из шарфа твоего...

Помните у Давида Самойлова?

  • Я - маленький, горло в ангине.
  • За окнами падает снег.
  • И папа поет мне: "Как ныне
  • сбирается вещий Олег...

Уже в середине 80-х Игорь написал стихотворение, которое я часто про себя цитирую, потому что в нем высказано то, что мы боимся про себя говорить, а должны.

  • Душа моя, со мной ли ты ещё?
  • Спросонок вздрогну – ты ещё со мною.
  • Как холодно тебе, как горячо
  • под смертной оболочкою земною!

Стихотворение заканчивалось такими строками:

  • Но если нет возвратного пути,
  • то, уходя к неведомой отчизне,
  • душа моя, за все меня прости,
  • что сделал я с тобою в этой жизни.

Есть поэты, которые поражают ранними стихами, а потом застывают, сдуваются и год от года пишут, может быть, более "профессионально", но без того огня, который, выражаясь стихами Фета, "просиял над целым мирозданьем, / и в ночь идет, и плачет, уходя". И есть поэты, чьи стихи с годами настаиваются, как вино.

Свои самые сильные стихи Игорь написал, когда получил тяжелую травму позвоночника и был сначала прикован к больничной постели, а потом жизнь его была ограничена четырьмя стенами городской квартиры. Цикл его больничных стихотворений - это высочайший пример русской поэзии, где стерты границы между поэзий и прозой, между стихами и жизнью.

  • Полутемная больница.
  • Медсестер пустые лица.
  • Санитаров пьяный бред.
  • Инвалидам сладко спится:
  • никому из них не снится
  • переломанный хребет.

  • Кружит девушка в коляске.
  • Ей, мужской не знавшей ласки,
  • хоть собой и хороша,
  • все бы, глупой, строить глазки,
  • выпавшей, как в страшной сказке,
  • со второго этажа.

  • Слёз непролитые реки
  • здесь взорвать должны бы веки
  • бедных юношей. Но вот
  • странный, жуткий смех калеки,
  • затвердившего навеки
  • непристойный анекдот.

Страшные стихи! Но на какой высокой, одновременно и поэтической, и христианской ноте, они заканчиваются!

  • Боже праведный и славный,
  • если только разум здрав мой,
  • просьбу выполни мою:
  • всем разбитым смертной травмой
  • дай удел посмертный равный –
  • посели в Своем раю.

Он никогда не писал стихи просто для того, чтобы писать стихи, а так работают большинство стихотворцев. В каждом стихотворении Игоря так или иначе отражалась, преломлялась жизнь, мироздание. Думаю, поэтому они и останутся навсегда.

Источник: rg.ru