САЙТ ГОДЛИТЕРАТУРЫ.РФ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ МИНИСТЕРСТВА ЦИФРОВОГО РАЗВИТИЯ.

Как это работает. Автор и рассказчик, их роль в произведении

Автор и рассказчик — не то же самое, что «обычный» герой произведения. Выясняем, в чём разница, на материале произведений Пушкина, Гоголя и Горького

Автор и рассказчик в произведениях Пушкина, Гоголя и Горького / godliteratury.ru
Автор и рассказчик в произведениях Пушкина, Гоголя и Горького / godliteratury.ru

Текст: Ольга Лапенкова

В сентябре мы изучили, из каких частей состоит эпическое, лироэпическое или драматическое произведение [ГИПЕРССЫЛКА НА СТАТЬЮ ПРО ЭКСПОЗИЦИЮ]; в начале октября — почему все хорошие истории начинаются с того, что герои что-то не поделили [ГИПЕРССЫЛКА НА СТАТЬЮ ПРО КОНФЛИКТ]. Однако персонажи, какими бы сильными, смелыми и обаятельными людьми они ни были, это всего лишь пешки, рядовые «работники» сюжета. Над ними царит царь и бог всего вымышленного мира: автор. Только от автора зависит, что, когда и как мы узнаем о героях — и в какой момент история оборвётся.

Для многих это может стать неожиданностью, но автор (как литературоведческое понятие) — это не тот человек, чьё имя обозначено на обложке. Тот автор, о котором мы будем говорить в данной статье, — это вымышленное, наполовину мифическое существо, от лица которого ведётся повествование.

Но почему конкретный писатель (Толстой, Достоевский, Некрасов, да кто угодно ещё) — это не тот автор, который предстаёт на страницах книги? Для чего такая путаница?

Чтобы ответить на этот вопрос, нужно понять, какие типы авторов существуют, и разобрать каждый конкретный случай.

Автор-«бог»

Во многих классических произведениях автор — всеведущее и всемогущее существо, что-то вроде бога, царящего в вымышленном мире. Такой автор знает всё-всё-всё о каждом действующем лице: от возраста, роста и веса, вредных привычек и простительных слабостей — до самых страшных тайн. Это существо способно «залезть в душу» любому герою, прочитать его мысли и понять его чувства. Зачем? Конечно, чтобы рассказать об этом нам, читателям.

Всеведущий автор предстаёт перед нами, например, в поэме Н. В. Гоголя «Мёртвые души». Благодаря этому мистическому существу мы «ходим» за Чичиковым как привязанные — и знаем, чем занимается главный герой, даже когда никто из окружающих его не видит. Ради смеха автор даже «приводит» нас к туалетному столику и показывает, как главный герой готовится к приёму у губернатора:

...Приготовление к этой вечеринке заняло с лишком два часа времени, и здесь в приезжем оказалась такая внимательность к туалету, какой даже не везде видывано. После небольшого послеобеденного сна он приказал подать умыться и чрезвычайно долго тёр мылом обе щеки, подперши их извнутри языком; потом, взявши с плеча трактирного слуги полотенце, вытер им со всех сторон полное своё лицо, начав из-за ушей и фыркнув прежде раза два в самое лицо трактирного слуги. Потом надел перед зеркалом манишку, выщипнул вылезшие из носу два волоска и непосредственно за тем очутился во фраке брусничного цвета с искрой…

Для автора-«бога» нет ничего тайного, ведь он следит за героями 24 часа в сутки. Другое дело, что читателю он рассказывает далеко не всё, а только то, что считает важным. Иногда он и хотел бы разболтать какой-нибудь секрет, но понимает: ещё не время. Например, о детстве и юности Чичикова мы узнаём только в середине поэмы. Почему? Потому что к этому моменту мы изучили Чичикова как облупленного и сделали вывод, что это, в общем-то, неплохой человек, который просто свернул не туда. Но что именно произошло? Автор-«бог» не выдаёт тайны, пока хорошенько не подогреет наш интерес.

Всеведущего автора также можно встретить в следующих классических произведениях:

Во всех этих случаях всемогущий автор — совсем не тот человек, который написал произведение: просто потому, что никто из «настоящих» людей не имеет таких ошеломляющих способностей, как автор-бог. И даже если бы, например, Чичиков существовал на самом деле, Гоголь не смог бы всюду за ним подслушивать и подсматривать.

Автор-наблюдатель

Этот автор не принимает активного участия в действии, но о героях он знает не всё, а только то, что они сами ему показали или рассказали. Он может быть родственником, знакомым или даже близким другом кого-то из персонажей — а иногда сразу нескольких.

Например, в романе А. С. Пушкина «Евгений Онегин» автор — приятель главного героя. Об этом мы узнаём из первой главы:

  • Без предисловий, сей же час
  • Позвольте познакомить вас:
  • Онегин, добрый мой приятель,
  • Родился на брегах Невы,
  • Где, может быть, родились вы
  • Или блистали, мой читатель;
  • Там некогда гулял и я:
  • Но вреден север для меня.

Однако в следующих главах оказывается, что автор знал лично и Татьяну Ларину. И более того: он каким-то неведомым образом стал её другом и доверенным лицом! Иначе откуда бы он узнал, что снилось Татьяне в ночь перед именинами — и что она увидела и почувствовала, пробравшись в опустевший дом главного героя? Наконец, именно автор хранит у себя знаменитое письмо Татьяны, которое ему отдал, очевидно, Онегин:

  • Письмо Татьяны предо мною;
  • Его я свято берегу,
  • Читаю с тайною тоскою
  • И начитаться не могу…

Как же так вышло, что автор дружил и с Евгением, и с Татьяной — и никак не повлиял на ход событий? Ведь он мог предотвратить самое трагичное событие, описанное в романе, — или хотя бы попробовать! А может, автор познакомился с Лариной намного позже, чем главный герой? Пусть так, но как тогда быть с Владимиром Ленским? О нём автор тоже много чего знает. Даже цитирует стихотворение, которое Ленский пишет у себя в комнате, когда его никто не видит…

Здесь можно строить много теорий, но, скорее всего, истина проста: Пушкин создал автора-наблюдателя забавы ради, и «серьёзных» ответов на вышеперечисленные вопросы не знал даже сам Александр Сергеевич. И, разумеется, ни с каким Онегиным настоящий Пушкин знаком не был, — ведь это выдуманный персонаж!

Автора-наблюдателя можно найти ещё вот в каких произведениях:

Читая эти произведения, мы зачастую думаем, что автор-наблюдатель знает слишком много — настолько, что его можно перепутать с автором-«богом». Однако между ними есть принципиальная разница. Если автор-«бог» действительно знает про героев абсолютно всё, то автор-наблюдатель попросту выдумывает то, чего ему не хватило в рассказах якобы «знакомых» персонажей.

Автор — активное действующее лицо

Наконец, некоторые произведения написаны от первого лица: мы смотрим на мир глазами главного героя и знаем только то, что знает он. В отличие от автора-«бога» и автора-наблюдателя такой автор — активное действующее лицо, и именно вокруг него вертится сюжет.

Типичный пример «действующего» автора — Петруша Гринёв, центральный персонаж произведения А. С. Пушкина «Капитанская дочка». В конце произведения оказывается, что весь роман — это якобы мемуары Гринёва, которые он написал от нечего делать, уйдя в отставку. Так что неудивительно, что в данном случае автор постоянно сталкивается с неожиданностями: иногда забавными, а иногда пугающими. Например, в начале произведения главный герой оказывается запертым в повозке: из-за метели он не видит, куда ехать. К счастью, его выручает случайно встреченный мужчина — и помогает добраться до постоялого двора. Гринёв благодарит попутчика, и они мирно расходятся… А теперь вопрос к тем, кто уже прочитал «Капитанскую дочку»: как думаете, что сделал бы Гринёв, если бы знал, кто на самом деле вытащил его из западни?

Если закрыть глаза на «героическую» часть произведения, на протяжении всего романа Гринёв ведёт себя как самый обыкновенный человек: разочаровывается в товарищах, ссорится и мирится с родственниками… И он явно не допустил бы такого количества ошибок, будучи всемогущим автором-«богом».

«Действующий» автор также предстаёт перед нами в следующих произведениях:

Рассказчик

Вишенка на торте: помимо автора, в произведении может встретиться рассказчик. Это человек, которого встречает «действующий» автор — и который рассказывает историю из своей жизни, или из жизни своих знакомых, или просто красивую легенду.

Яркий пример произведения, в котором есть автор и рассказчик, — «Старуха Изергиль» М. Горького. Всё начинается с того, что мы знакомимся с «действующим» автором — русским молодым человеком, который оказался в Бессарабии и подрабатывает сборщиком винограда. Этот молодой человек знакомится с рассказчицей, собственно старухой Изергиль, от которой он слышит три истории:

  • •легенду о Ларре;
  • •предание о Данко;
  • •историю жизни самой Изергиль.

О молодом человеке мы не узнаём практически ничего, а вот о старухе — очень много интересного и даже пикантного. Но зачем Горький выдумал непонятного героя-автора, чтобы «столкнуть» его со Старухой? Не легче ли было бы озаглавить текст, например, «Истории старухи Изергиль» и привести их одну за другой, а маловажные подробности про молдаван выбросить?

Нет, потому что Горькому было важно не только донести до читателя три вышеперечисленные истории, но и показать, как к ним нужно относиться. Как ни странно, Старуха Изергиль искренне убеждена, что Ларра и Данко вправду существовали на свете. А вот «действующий» автор относится к её преданиям как к красивым сказкам — хотя он, безусловно, соглашается с идеями добра и справедливости, заложенными в них. Что же касается жизни самой Изергиль, старуха описывает один легкомысленный и даже преступный поступок за другим — но ни в чём не раскаивается. Но «действующий» автор не может разделить её чувств.

«Мне грустно было рядом с ней», — признаётся молодой человек, выслушав историю Изергиль. Автор не уточняет, почему ему стало грустно: может, потому, что он посочувствовал старухе, которая живёт одними воспоминаниями, — а может, потому что ему стало жалко тех, кто много лет назад пал жертвой её обаяния. Но, в любом случае, наличие рядом с Изергиль «действующего» автора побуждает нас относиться к истории более критично — и, в конце концов, самим решать, какие выводы делать.

Другие произведения, где присутствует и автор, и рассказчик: